Хочу тебя любить

Все еще сердито надвигаю глубже шапку и шумно шмыгаю носом. Плакать не собираюсь, но, если честно, так охота… Сил нет. Две недели прошло – от Бойки ни слуха ни духа.

Еще несколько дней проходят в привычном коматозе. Я в последнее время даже на Карину реагирую как-то равнодушно. Кажется, что она смотрит на меня с искренним сочувствием. Поначалу порывалась оттолкнуть ее, заверив, что между нами с ней нет ничего общего, и что у меня все хорошо. А потом… Потом пришло безразличие. Здороваюсь с ней при встрече, иногда даже разговариваем на нейтральные темы.

Звонить, писать или как-то искать Бойку больше попыток не предпринимаю. Жду, как и обещала. И однажды ночью меня вырывает из сна короткий, но такой пронзительный сигнал входящего сообщения. Каким-то непонятным образом понимаю, что это он. Сердце моментально разгоняется и забивает бешеным стуком все внутри меня. Только его и слышу, когда беру телефон и вижу, наконец, на экране тот самый ранее неизвестный ник – kb asf.

Голосовое.

Мое волнение достигает пика, граничащего с безумием. Долго не решаюсь воспроизвести. Потому как оказываюсь неготовой услышать его голос. Регулирую дикую пляску сердца и всеми знакомыми мне методиками пытаюсь выровнять дыхание. Но ничего не получается. Нетерпение, напротив, подгоняет все системы и приводит меня в состояние какой-то паники.

Что, если сообщение сейчас исчезнет? Что, если там ничего и нет? Может, случайно что-то нажалось и отправилось? Что, если что-то плохое? А если хорошее?

Пока я трясусь над телефоном, экран гаснет, и повторно снять блокировку оказывается каким-то непосильным ритуалом. Пальцы настолько дрожат, что не попадают даже в нужные точки на дисплее. Когда перед моим размытым взглядом снова появляется «треугольник» воспроизведения, повторно зависаю. Благо на этот раз ненадолго. Жму в центр круга и закрываю глаза.

– Привет…. – врывается в меня хрипловатый голос Кира. Грудь не просто огненной волной окатывает, ее как будто разрывает. На миллиарды искрящих частичек. Пауза – долгая, сладкая и мучительная. Меня бьет дрожью. А шумный, гуляющий выдох Бойки вызывает невообразимо колючие мурашки. Мне и холодно, и жарко – лихорадит. Успеваю всхлипнуть, втащить в легкие кислород и вновь бездыханно замереть, такой долгой оказывается следующая пауза. А потом новая сыпь мурашек, когда Бойка срывающимся голосом выдает: – Я скучаю. Блядь, как же я скучаю! Разрывает, на хрен, на куски! – и снова пауза. Несколько секунд ни вдоха, ни шороха не слышно. А потом сразу дрожащий выдох. – Прости, тяжело говорить. Не могу собраться… Блядь, как же я заебался… – шумный вдох и еще более рвущийся выдох. Короткая, но какая-то невероятно глубокая пауза.