Хаски и его учитель белый кот. Том III

Ошеломленный Тасянь-Цзюнь замер.

Его и без того мертвенно-бледное лицо с каждой секундой выглядело все более закоченевшим.

В ушах грохотало, словно внутри его головы бушевала гроза. Невольно он опять вспомнил, как когда-то на берегу замерзшего озера Тяньчи, упав с небес в его объятия, этот человек едва заметно коснулся его лба… и сказал ему: «это я тебя подвел, в жизни и в смерти я не буду винить тебя».

Сердце внезапно пронзила острая боль, как будто внутри него что-то треснуло."

"— Ваньнин… — он застыл на месте, словно деревянный идол или глиняный истукан.

Он точно так же протянул руку, только на этот раз она не была такой безвольной и напряженной. Он и сам не понимал, почему протянул руку именно так, желая прикоснуться к этому лицу, так похожему на то, другое, из прошлой жизни.

Это промерзшее до костей, окровавленное лицо.

В это мгновение резкий свист пронзил барабанные перепонки.

Пальцы, которыми Тасянь-Цзюнь почти коснулся его щеки, замерли.

Глаза этого трупа, в которых до этого было слишком много эмоций для лишенной души бренной оболочки, вдруг снова стали темными и пустыми. Рука Тасянь-Цзюня безвольно упала. Услышав этот свист, он, казалось, мгновенно утратил сознание и начал медленно отступать назад. Взмахнув рукой, он отозвал все свое оружие.

В одно мгновение исчезли Бугуй из прошлой жизни и Цзяньгуй из нынешней.

Чу Ваньнин упал в пыль. Подняв голову, смог разглядеть стоящего вдалеке мужчину, полностью одетого в белые одежды. Лицо этого человека было скрыто вуалью, в одной руке он держал нефритовую флейту, а в другой — остистый посох.

Незнакомец стоял среди опадающих листьев бамбука в самой глубине рощи. Издали его силуэт напоминал цветок белого лотоса. Спокойно и уверенно он вел очарованного пением флейты Тасянь-Цзюня в свою сторону.

— Вы…

— Забирайте образцового наставника Мо и уходите, — мужчина тихо вздохнул. Было очевидно, что его голос изменен при помощи магии. — Я не смогу долго его сдерживать, очень скоро он снова придет в сознание.

— …

— Быстрее уходите, — сказал он. — Очень скоро Цитадель Тяньинь и Хуа Биньань найдут способ определить, где вы. Если им удастся вас поймать, то уже ничего нельзя будет изменить.

Стиснув зубы, Чу Ваньнин поднялся на ноги, взвалил на себя Мо Жаня и, вытащив амулет, призвал дракона.

Прежде чем взобраться на его спину, он оглянулся, чтобы еще раз взглянуть на мужчину в лесной чаще, и обнаружил, что тот, похоже, слеп, потому что перед каждым шагом ему приходилось ощупывать землю посохом.

Смутные образы каких-то полузабытых событий прошлого начали всплывать в его голове, но в это мгновение ему никак не удалось воскресить их в памяти и связать между собой.

— Благодарю вас.