Эксклюзивный грех

С похмелья, что ли, тогда был… Восемь двоек поставил. Восемь!.. И Леночке в том числе. А она – отличница, ленинский стипендиат. В зачетке не то что тройки – ни одной четверочки не было… Ну, она и психанула…

В диктофоне – вздох, шипенье пленки. Потом – Димин голос:

– Но остальные-то живы…

– Почему живы? Профессор Романишин умер. От инфаркта. Через три года. Очень он этот случай переживал. Из университета ушел…

– Но другие-то студенты тоже двойки получали, но никто из окон не бросался… Так, может, все же любовь?

– Точно не знаю. Болтали про нее разное. И про любовь тоже… Но, по-моему, это чушь собачья. Я ее и с парнем-то ни разу не видел. Ни в университете, ни в Доме культуры, ни на катке… Нет, она совсем не синий чулок была. И в компаниях бывала. И танцевала на дискотеках.. Но, знаете, я ни разу не видел, чтобы она с кем-нибудь там целовалась, или шла в обнимку, или, простите, обжималась на лестнице… Чистая она была, светлая… Впрочем, извините, никогда не любил сплетни собирать. Так какой у вас ко мне вопрос?

– Говорят, у вас курс был замечательный. А были у вас на курсе, что называется, хранители традиций ? Те, кто организовывал, например, встречи выпускников…

– Да, есть такие… Вот Юлечка, например, Снегуркина… Она, кстати, недавно встречу выпускников проводила. Я, к сожалению, на ней не присутствовал – болел.

– Снегуркина, вы говорите? А по батюшке как?

– Юлия Павловна, в учебной части нашей работает. Так какой у вас ко мне все-таки вопрос?

– Я об этом, собственно, и говорю. Чем, на ваш взгляд, современные студенты отличаются от студентов вашего поколения ?

– Ленивые. Циничные. Ничего святого… Дима остановил запись:

– Там дальше еще немного бла-бла-бла – про век нынешний и век минувший… – Щелкнул ногтем по циферблату наручных часов:

– Учись, пока я жив, Надька. На все про все – тринадцать минут. А не два часа, как у некоторых.

– Чего мне учиться? – буркнула Надя. – У меня своя работа есть. – И добавила с ехидцей:

– А где ж твой вопрос про эпидемию?"

"– Дальше, – не моргнув глазом ответил Дима. – В самом конце. Согласно законам жанра интервью: о самом главном спрашивай, когда прощаешься.

– Зато я про диссертацию Резина тебе могу рассказать. В подробностях, – возразила, улыбаясь, она.

– О'кейчик, Надя, ты умница. Но давай, миленькая, собираться к Снегуркиной. Будем надеяться, что хранительница традиций расскажет нам чего-нибудь интересненькое.

Глава 11

Наде сразу понравилась Юлия Павловна Снегуркина. Улыбчивая, милая, она встретила их с Димой с непоказным радушием.

– Проходите, молодые люди, располагайтесь. Хотите чайку?

– А кофейку не найдется? – спросил нахал Дима.

– Найдется и кофеек. Сейчас чайничек поставим.