Эксклюзивный грех

Он достал из сумки диктофон, поместил его между тарелками. Предложил с некоторой гордостью:

– Хочешь настоящее интервью послушать? Надя немедленно заершилась:

– А что, мое было не настоящим, что ли? Игрушечным?

Дима снисходительно улыбнулся, включил диктофон и разломил пирожок с капустой.

– Добрый день, Николай Андреевич, – тихонько провещал диктофон голосом Димы. Надя глянула: тот слушал самого себя с очевидной любовью. Мелькнула мысль: “Уж не Нарцисс ли он?” – Я Дмитрий Полуянов, корреспондент газеты “Молодежные вести”, – продолжил диктофон. Кроме них двоих, никто не мог слышать запись, да и никому это было не интересно. – Как тут у вас уютно! Неужели сами такие цветы разводите?

– Сам, сам…

– Драцена у вас исключительная.

– Спасибо, польщен.., я…

– Николай Андреевич, вы ведь этот университет заканчивали? В восемьдесят первом году – мехмат, кажется ?

– Да.., а откуда вы…

– Тогда только вы сможете мне помочь. Я пишу материал о том, чем нынешние студенты отличаются от студентов вашего поколения. Вы ведь, когда учились, в общежитии жили… Студенческую жизнь знали изнутри… Как вы думаете: может в наше время случиться нечто подобное тому, что произошло с той девушкой-самоубийцей ?

– Сразу беру быка за рога, – прокомментировал Дима самого себя в диктофоне.

– ..Помните: студентка с вашего курса покончила с собой. В семьдесят восьмом году, кажется, это было…

На пленке вздох, затем – грустный голос преподавателя:

– Ox, да, помню… Конечно, помню, хотя сколько уж лет прошло. Бедная Леночка…

– Абсолютно естественная реакция, – прокомментировал Дима. – Он не вздрогнул, не отшатнулся, не побелел, не покраснел…

– А фамилия ее была… – продолжил “диктофонный” Дима.

– Коновалова. Леночка Коновалова. Красавица. Умница. Талантливая…

– Вот так. Фамилия установлена, – гордо прокомментировал Полуянов.

– Да, я тоже слышал, – продолжил Дима внутри диктофона, – что человеком она была незаурядным. Но все-таки – что с ней тогда произошло? Неужели правда – из-за того, что завалила экзамен? Или – любовь? Или.., может, депрессия, мозг не выдержал перегрузок?

– Нет, Лена была не из тех, кто впадает в депрессии. Всегда следила за собой, какие-то травы заваривала, зимой все на катке пропадала… Веселая, хохотушка. Но учиться тоже успевала, отличницей была круглой… Она сама из пригорода, из К. На первом курсе дома жила, переехала в общежитие только на втором, когда предметов прибавилось. В электричке, говорила, ей учиться тяжело… Не нравилось ей сначала у нас в общаге, после маминых-то пирогов, а потом – ничего, привыкла.

– А правда, что в тот день она не сдала экзамен ?

– Правда. Тензорное исчисление. Этот профессор… Как его фамилия-то, господи… Романишин!.. Зверь!..