Несостоявшийся граф

Затем последовала череда банкетов, на которых светила отечественной науки под коньячок с бужениной пели дифирамбы молодому коллеге, не забывая, конечно, и себя любимых. Отчего примерно после третьего бокала из речей ораторов стало следовать, что именно они выпестовали новое светило, именно их отеческая забота дала возможность огранить столь самобытный талант и именно под их руководством и при непосредственном участии и были сделаны все эти выдающиеся открытия.

Еще одним сюрпризом для новоявленного «академика» стало то, что банкет для ученых мужей был за его счет, и он, даже не подозревая об этом, проявил настоящую щедрость. Впрочем, нет худа без добра, среди людей, пришедших поздравить молодое дарование, было несколько видных юристов, имевших неосторожность пообещать своему новому знакомому любое возможное содействие в случае надобности. Надо ли говорить, что надобность возникла, и очень скоро?

Хотя российскую прессу еще никто не называл четвертой властью, сказала свое веское слово и она в лице давних знакомых Будищева Постникова и Нарышкина. Первый из них, и сам бывавший в заключении, воспринял ситуацию с воспитанницей Будищева близко к сердцу и разразился пространной статьей, апеллирующей к чувствам читателей, второй в короткой заметке едко высмеял полицию, занимающуюся, вместо поимки действительно опасных преступников, арестом благовоспитанных девиц.

Но как ни странно, вся эта газетная шумиха и ходатайства светил юриспруденции не возымели ни малейшего действия. Даже Мещерский, вызвавшийся похлопотать за задержанную девицу, не смог добиться ничего положительного, о чем с немалым смущением сообщил Будищеву.

– Увы, Дмитрий Николаевич, – нашел мужество признать он, – я имел несчастье сильно переоценить свое значение в министерстве. Все, что мне удалось, это перевести бедную девочку в отдельную камеру, и теперь среди ее соседок нет проституток и воровок.

– Что же, спасибо и на этом, – вздохнул подпоручик.

– Все не так плохо, – поспешил успокоить его князь. – Никогда не думал, что скажу это, но у нас теперь, слава богу, есть гласный суд присяжных, и когда дойдет до него, вашу протеже, несомненно, оправдают. Просто…

– Что просто? – насторожился Будищев.

– Вы позволите говорить с вами откровенно? – немного помявшись, спросил чиновник.

– Ну, хорошо. У меня сложилось впечатление, что вы, мой друг, очень сильно оттоптали кому-то ногу среди сильных мира сего.

– Ах, если бы мне знать, – с неподдельным сожалением пожал плечами Мещерский. – В таком случае я, скорее всего, смог бы решить этот вопрос. Нет, ваш недоброжелатель действует исподтишка, очень осторожно.

– Это может быть Ковальков?

– Жандармский ротмистр Ковальков.

– Господь с вами! Тоже мне нашли серого кардинала.