Тёмное сердце ректора Гордеева

Туда, где мне придется расплатиться за все мои шалости сполна.

– Не благодари, – гулкий в пустом классе встретил меня голос моего ректора.

– За что мне вас… не благодарить? – вопросом ответила я, не поворачиваясь, понимая, что даю ему возможность как следует насладиться иллюзией моей голой задницы – прежде, чем он сделает ее… по-настоящему голой.

В голове шумело, тело пылало в тех местах, где я чувствовала на себе его взгляд.

– За то, что оставил на тебе белье. А мог бы раздеть полностью. При всех.

Я мельком глянула вниз – действительно, вместо голой груди я видела теперь плотные полушария моего нового, старомодного лифчика. Пощупала рукой – в реальности, я все еще была полностью одета.

Иллюзии. Всё это – иллюзии. Как и то, что я уже начинала чувствовать к этому негодяю.

Я медленно повернулась и взглянула в его глаза – на этот раз совершенно нечитаемые. Сплошь черные – даже без зрачков.

– Подойди, – приказал он ровным, почти безэмоциональным голосом, неподвижно застыв там же, где и стоял – за кафедрой.

Но я видела. Хорошо видела, как дрожат его пальцы, вроде бы спокойно лежащие на папке с бумагами. Так, будто он еле сдерживает пламя, бурю, бушующую внутри.

Точно трахнет, с тоской подумала. Куда-то вдруг улетучилось возбуждение, все стало до одури реальным, без прикрас, страшным в своей неотвратимости, и каким-то… тоскливым, что ли.

Медленно я подошла, понимая, что еще шаг и сейчас он сорвется, что вот – мой первый раз. Здесь, за кафедрой, поставленной в букву зю, ожидая, что каждую минуту кто-нибудь ворвется и застанет нас... И что если и буду я кричать сегодня, то вовсе не от удовольствия.

Подошла, вся зажатая, словно стянутая изнутри в тугой, нервный узел.

– Ты знала, что делала, – сказал он все тем же глухим, ровным голосом. Взял меня за руку и дернул к себе, другую ладонь запуская мне в волосы… и сжимая ее там в кулак. Жестко, до боли, давая понять, что игры кончились и наступает расплата.

А потом спустил руку ниже и надавил на плечо, заставляя опуститься на колени. Мои глаза в ужасе расширились.

– Нет, нет… – замотала головой, насколько позволяла его вторая рука, все еще сжимающая мне волосы.

– Да, – ответил он стальным голосом. – Умеешь провоцировать, умей и отвечать. Если не хочешь, чтобы я задрал тебе юбку прямо здесь.

Так это он, типа, жалеет меня? Предлагает сделать минет, чтоб не трахнул «прямо здесь»? Как мило с его стороны.

– Не буду, – я упрямо сжала челюсть и зажмурилась, чтобы не видеть, как он расстегивает ширинку, которую уже оттягивал здоровенный бугор…

Неожиданная, резкая боль вдруг пронзила все тело – в самых разных местах, от пяток до шеи и головы.