Крысиные гонки

Или вообще — обойти кому…

— Башкой не верти! — послышался злобный шепот из кустов. Вадим, напротив, не поняв откуда, усиленно завертел головой, поневоле отпрянув и прижав локтём ложе ружья, готовый стрелять навскидку.

— Сссука тупая, тебе сказали — башкой не верти!! Замер! Ты, ты, с перевязанной мордой!! Тихо ружьё положил под ноги! Что, слышишь плохо?? Только дёрнись — изрешечу!..

Вечерело. Вовчик сидел рядом с Владимиром на положенных один на один бетонных блоках, постукивал каблуками по бетону и наблюдал как «менты несут службу».

Служба у них на посту была так себе — не бей лежачего. Когда приведший их на пост под стволом автомата толстый сержант в бронежилете, взмокший в своём плотном обмундировании, задышливо отдувающийся и постоянно вытирающий пот нечистым носовым платком, доложил «старшему» — худому капитану, с полуоторванным правым погоном и мировой скукой в опухших глазах, что «вот, тыщ капитан, задержана группа гражданских, с заряженным дробовиком; перемещались по дороге из Равнополья пешим порядком. Намеревались обойти пост. С ними один раненый, вернее, раненая», — капитан, не меняя скучного выражения лица, отправил его отдыхать — в стоящий тут же, за будкой поста, небольшой вагончик на колёсах, не видный с дороги, наказав «позвать кого там из уже проснувшихся, пусть тебя сменят», — а сам, бегло осмотрев и опросив прибывших-задержанных, заявив что «такие случаи сейчас повсеместно» и «сделаем что можем, но вообще это не в нашей компетенции», забрал с собой ружьё и имеющиеся на руках у беженцев документы и убрался по лестнице в стеклянную будку поста — «докладывать обстановку в центр».

На этом почти на час общение с «властью» закончилось; вернее, ограничилось общением с двумя молоденькими солдатиками, тоже, как и сержант, в бронежилетах и с автоматами — не как у сержанта, «ксюхами», а полноценными АК-74; но, кроме того ещё и в касках. Солдатики сидели на бетонных блоках у дороги, болтали ногами, пересмеивались и лузгали семечки. Дорога под вечер была пустынной, ни одно транспортное средство не проезжало через пост… Солдатикам было скучно, но в разговоры с «гражданскими» поначалу они не вступали, ограничиваясь окриками «Не лезь туда, вам туда не положено!», «А только попробуй, я тя щас огрею прикладом — и в наручники!» и «Когда надо, тогда вас и отпустят! Не наша забота…»

Из вагончика вышел такой же помятый, как и приведший их сержант, но существенно менее толстый рядовой, и, позёвывая и почёсываясь под наброшенным на шею, но незакреплённым по бокам бронежилетом, помахивая коротким автоматом, пошёл туда же, в кусты на повороте просёлочной дороги с Равнополья.