Год нашей любви

А еще мы не можем тебя выписать, пока не будет сопровождающего старше восемнадцати лет.

– Студентов после процедур должны забирать.

– Но… – Я почувствовала, как у меня подскочило давление. – Капельница ведь не процедура!

– Таковы правила. – Она пожала плечами и ушла.

– Твою мать! – заорала я.

Прозвучало это как у Хартли. Я посмотрела на часы. Он должен быть свободен в понедельник днем, потому что в это время у него прежде была бы хоккейная тренировка.

Нет, кто угодно, но не Хартли. Он был последним, кому я хотела бы попасться на глаза с немытой головой и в ужасном больничном халате.

К сожалению, Дана ежедневно до двух часов занималась итальянским. Я написала ей с просьбой перезвонить, когда она освободится. Ну, пожалуйста.

Время шло, но звонка не было. Я написала еще раз, ответа не последовало. Если у нее разрядился телефон, мне ни за что с ней не связаться. Больше идей не было. Если вчерашний доктор сегодня работает, я могла бы его найти и объяснить свою проблему. Но для этого пришлось бы кататься по больнице в полуголом виде и с капельницей.

Я позвонила Дане еще раз, но сразу попала в голосовую почту.

– Черт возьми! – выкрикнула я.

Я бы топнула ногой, если бы она работала.

– Ну что, тут какие-то проблемы? – спросил я, изо всех сил стараясь не улыбаться.

Кори покрутила головой и увидела в дверном проеме меня, опирающегося на костыли.

– Потому что с тобой нет никого старше восемнадцати, чтобы сопроводить с территории больницы?

Я проковылял в комнату.

У нее от удивления вытянулось лицо.

– Я виделся с Даной после обеда, она сказала, что ты здесь, вот я и подумал, что такое может случиться. А еще Бриджер забирал меня после операции на колене. Почему ты не позвонила?

На ее лице отразилось какое-то не до конца понятное мне чувство.

– Потому что от Макгеррина долго идти на костылях.

– Было не так уж и плохо. Пойдем отсюда. Ты что, не попросила их удалить капельницу?

Выражение ее лица теперь говорило о неотвратимом взрыве.

– ВСЕГО-ТО ДЕСЯТЬ РАЗ!

Я взял ее руки в свои.

– Подойди сюда, пожалуйста.

– Что такое? – Я начал движение в ее сторону.

Она выставила левую руку.

– Прижми трубку капельницы.

– Чтобы я вынула иглу, Хартли. И переоделась. И ушла отсюда. И продолжила жить дальше.

– Ты нечто, Каллахан.

– Зажми здесь, – проинструктировала она.

Пытаясь не замечать, что трубка протыкает ее кожу, я зажал ее большим пальцем. Кори отклеила липкую ленту.

– Все, можно отпускать. Спасибо, – сказала она.

Не успел я отвернуться, как она резким движением вынула из-под кожи маленький катетер. Омерзительно.

– Теперь у тебя кровь идет из запястья.