Файролл

— Ерунда, — Зимин скептически посмотрел на меня. — Отказаться в этой жизни можно от чего угодно, было бы желание.

— Вопрос в цене, — не согласился с ним я. — Есть такая, которую я заплатить не готов.

— Это потому что ты не достиг согласия с самим собой, — Валяев цапнул из коробки, лежащей на столе, сигару. — А все от того, что нет у тебя понимания главной цели жизни и душевного равновесия тоже нет.

— Душевное равновесие, — Зимин презрительно сморщился. — Кит, опять ты о каких-то отвлеченных вещах начал рассуждать. Что есть душа? Есть ли эта душа вообще? Вот скажи мне, Киф — у тебя есть душа?

— Не знаю, не щупал, — я отсалютовал собеседникам бокалом и отпил коньяку, блаженно фыркнул и продолжил: — Все, что не трогал руками, то подвергаю сомнению. Я агностик.

— Вот это правильный подход, — одобрил мои слова Зимин. — Разумный и практичный. Я даже готов забрать обратно свои недавние слова.

— И тем не менее — люди цепляются за понятие ""душа"" веками, — упорствовал Валяев. — В какой связи? Не просто же так?

— Люди и в пришельцев из космоса верят, — Зимин скорчил забавную рожицу. — А еще — в геенну огненную. Как с этим быть?

— Ты можешь опровергнуть или подтвердить их наличие? — Валяев решил бить врага его же оружием. — Ведь они могут и существовать, почему бы и нет?

И эта парочка обменялась ехидными взглядами, а после уставилась на меня, ожидая моей реплики.

— Съесть бы сейчас что-нибудь эдакое, — я повертел пальцами в воздухе. — Жареное. Для души, которая то ли есть, то ли нет. Желательно с горчицей и хреном. Но можно и с майонезом.

Не люблю я как разговоры по душам, так и разговоры о душе. И особенно с данными собеседниками.

— Что за человек? — Зимин затянулся сигарой. — С ним о возвышенном, о сути жизни человеческой, а он о жратве думает.

— Человек как человек, — Валяев встал с кресла и потянулся. — Из мяса и костей, которым для поддержания себя в форме нужны белки, жиры и углеводы. Мне, кстати, тоже они потребны, я тоже есть хочу. Макс, звякни кому-нибудь, пускай снеди принесут, в самом-то деле.

Последнее, в смысле — просьба позвонить, было вполне объяснимо — Елизы на посту не было, в приемной вообще царили непривычные тишина и пустота. Наверное, она за билетами в аэропорт уехала. Шутка."

"— Скажи мне, любезный Киф, а что ты сегодня отчебучил в редакции? — спросил у меня Зимин, повесив трубку. — Мне Ядвига звонила, всю щеку слюной забрызгала, орала, что ты какого-то ее сотрудника избил до полусмерти, требовала тебя привлечь к ответственности.

— Какой именно? — даже удивился я. — Дисциплинарной или уголовной?

— Ну, из ""Радеона"" как с Дона — властям выдачи нет, — Зимин пригладил волосы. — А любая другая ответственность тебе как слону горчичник — ты даже не почешешься.