Файролл

— Вот оно что! — хлопнула себя ладонью по лбу Шелестова. — Ну да, жуешь ты постоянно, а значит, все время есть хочешь. Вот в чем дело.

— А кислотой в рожу? — деловито осведомилась у нее малышка. — Я тебе не эти двое тюфяков, меня короткой юбкой не смутишь, я ведь и на поступок способна. Причем — запросто.

— Мал клоп — да вонюч, — одобрительно крякнул Петрович, закуривая. — Таш, это я не применительно к тебе сказал, это просто народная мудрость.

— Тогда в следующий раз вспоминай про золотник, — посоветовала ему та. — Мне так больше нравится.

Когда я зашел в свой кабинет, никаких признаков слез я на лице Вики не заметил. Она сидела за столом, причем не на моем месте, обложившись бумагами.

— Как ""мозговой штурм""? — вопрос был задан как бы между прочим, она даже не повернула голову в мою сторону.

— Результативно, — я откинул фрамугу и плюхнулся в свое кресло. — Да ты же все слышала, не валяй дурака. У нас тут как в деревне — в одном углу икнул, в другом знают, что ты на завтрак ел.

— В случае с Ташей это не работает, — подала голос Шелестова. — Там пищевой процесс непрерывен и разнообразен.

— Напоминаю о кислоте, — не осталась в долгу Таша. — У меня сосед на таком производстве работает, где ее достать можно.

Как видно, Шелестову эти слова убедили, поскольку с ее стороны реплик не последовало."

"— Хороший аргумент, — задумалась Вика. — В первый раз на моей памяти кто-то смог заставить замолчать это трепло. Киф, накой ты окно открыл? Ты заморозить меня хочешь? Тебе меня совсем не жалко?

— Жалко, — сунул сигарету в рот я. — Сейчас покурю — закрою. Должно же дым куда-то вытягивать?

Про Прагу и визит в квартиру я ей решил не говорить пока, чтобы не расстраивать. Тем более, что поездка в Чехию вообще пока существовала только в области моих догадок. А квартира… Чего ее пугать? Я же видел, что сама мысль о том, что когда-то снова придётся возвращаться туда, ей неприятна. И дело не в статусности нашего нового места проживания, хотя и не без того. Просто она боялась подъезда, около которого били меня и убили Алексея. Да и вообще… Мой дом так и не успел стать ее домом, и то место, где мы проживали сейчас, являлось им в куда большей степени.

Вот только для меня мой дом все еще оставался таковым, хотя титула крепости он лишился. И я буду рад побывать в нем. Более того — я этого очень хочу. А ей — оно ни к чему, потому и промолчал. А еще ушел с работы на полтора часа раньше.

Про предложение Зимина я ей тоже не сказал, она же так и не узнала, зачем сюда приходили эти двое из радеоновского ларца. Но тут никакого умысла не было, я просто забыл про их визит, занимаясь текучкой. Новость эта была из разряда ""да пофиг"", по крайней мере, для меня, и вспомнил я про нее, только когда снова увидел Ватутина.