Файролл

Чего там только не было — сухарики, фантики от конфет, коробочки с леденцами, несколько ""чупа-чупсов"", сушеные финики, пакетики с салфетками из любимого мной ""КФС"".

— Ребята, еще раз такое увижу — буду раз в квартал проверять у всех ящики столов, — сообщила Вика, наблюдавшая за этим с брезгливым выражением лица. — Или даже раз в месяц. Без обид. Ну, нельзя же так? И вправду тут до тараканов недалеко.

Она ткнула пальчиком в сторону ташиного мусорного ведра.

Соловьева сидела гордая, с высоко поднятой головой. Это был ее день. Впрочем, я бы на ее месте насторожился — уж больно многообещающими взглядами обменялись Таша, Шелестова и гамадрилы.

— Неудивительно, что ходят тут всякие, — Вика глянула на дверь. — И потом говорят, что, мол, гнильцой тянет. Так и тянет! В полном смысле этого слова. А вообще я сегодня с охраной поговорю — чего они сюда кого попало пускают? Даже нет. Я с Азовым поговорю. В конце концов — наша редакция, вся газета и даже это здание — собственность ""Радеона"". Так чего же они свою собственность не охраняют, почему тут таскаются всякие Серебряные? Что за бардак?

А что, она права. Кстати — полагаю, что просто пока руки до нашего здания у Азова не дошли. Но если Вика расскажет ему о нынешнем приключении, то ветеранам-прапорщикам из ЧОПА, что сидят внизу и неустанно разгадывают кроссворды, больше тут не служить.

И мне их как-то даже не жалко. Ну, правда — надо же головой думать, пропуская такое чудо? Даже если это делать из юмористических побуждений.

А если бы он просто оделся вот так, по-идиотски? Ну да, с виду — обычный пассивный гомосексуалист, а по сути — наемник-убийца. Посмотрел бы на нас, остроумных, достал бы ствол с глушителем, и через пару минут мы все были бы неживые. Я — как основная цель, а остальные — за компанию.

И все-таки — почему Азов снял охрану с дверей?"

"Впрочем — гадать не буду. Просто возьму и спрошу про это у него сам. Благо — все одно он меня ждет для очередной беседы. Правда, боюсь, как обычно ни к чему не ведущей.

И снова я ошибся, как видно — день у меня сегодня такой.

Позвонил я ему уже подъезжая к зданию, которое из-за разгулявшейся метели даже толком видно не было. Даже при нынешних бесснежных и теплых зимах в Москве ещё случаются вот эдакие метели, когда снег и ветер окружают тебя со всех сторон, полностью скрывая от взгляда белый свет.

Пока бежал от машины до здания — всего каких-то пятьдесят метров, мне все уши снегом занесло.

— Синие московские метели, — бормотал под нос себе я, отряхиваясь около проходной. — Все это красиво, когда ты на подобное в окно смотришь!

На посту была до боли в боку знакомая мне смена.

— Вот пропуск, — сунул я им под нос карточку. — Я — это я.

— Да уж не перепутаем теперь, — отвел в сторону глаза тот самый охранник. — Проходите.