Классический Эндшпиль

– А если не отдать эти деньги, ваше императорское величество, мы потеряем неизмеримо больше, начнутся голодные бунты, провинции опять захотят обрести свою независимость, придется чем-то поступиться. Я предлагаю отправить королю Вангора извинения и представить дело так, что это старый Легатус выжил из ума и пошел войной, чтобы стать королем Вангора. Он организовал убийство Мазандара, и вы от него отрекаетесь. Мы выплатим контрибуцию в размере трех миллионов илиров, подарим табун скакунов, он любит наших коней, а за Мазандара нужно отдать княжество Чахдо. Родину его королевы вместе с городом.

– Что? – Император даже потерял дар речи от такого предложения.

– Все верно, – поддержал главу кабинета министр иностранных дел. – Это княжество разорено и обезлюдело, для его восстановления потребуются немалые средства – пусть их даст Меехир, а мы потом заберем его обратно, когда найдем удобный способ. Может быть, его жители обратятся к покровителю простого народа, императору Лигирийской империи, и тогда, чтобы защитить жизнь и честь народа, империя введет в княжество войска.

– Хм, – откашлялся император. – Неплохо звучит… Значит, мы отправляем послание мира Вангору, выплачиваем контрибуцию и отправляем войска на юг. Легатусу Генеральный штаб отправляет приказ отступить на территорию империи и напасть на орков с тыла. За Мазандара… М-м-м. Предложим Меехиру княжество на юге. Все верно? – спросил он.

– Все так, ваше величество. Только надо еще обвинить Легатуса в измене, но после того, как он поможет разбить орков, – добавил министр иностранных дел.

– Тогда каждый из вас пусть приготовит документ по своей линии. И генерал Оринян, приведите свои войска в боевую готовность и выступайте на юг. А вы, – император мстительно взглянул на молодого протеже императрицы, – отправляйтесь в ставку Легатуса и проследите за тем, чтобы он исполнил наш приказ. Затем арестуете его.

Императрица хотела что-то сказать, но, увидев опасный блеск в прищуренных глазах императора, захлопнула рот.

Хранитель Западного материка и прилегающих островов, Беота пребывала в раздражении и большом напряжении: мир, который создавали Рок и она, рушился на глазах. Она привыкла облекать дела в глобальные планы, искала среди смертных исполнителей ее воли и выстраивала цепочки событий, которые должны были через десятилетия дать нужный ей результат. Это была обычная практика детей Творца: неспешно, вдумчиво, с учетом возможных последствий выстраивать и укреплять свое влияние.

Молодой хранитель, назначенный Судьей на Степь по неведомой ей причине, был воплощением иной стратегии. Он действовал стремительно, не задумываясь о последствиях, словно сокрушительный, многоводный поток, сметающий все на своем пути.