Мой единственный

Вплоть до минувшей недели я была готова уважительно отнестись к слову, данному им, и соблюсти условия брачного договора, но недавно отец сказал мне, чтобы я выбросила все эти сомнения из головы… Не уверена, впрочем, что это остановило бы графа… Как бы там ни было, тогда Менфорду казалось, что стоит только ему сломить волю Ричарда, и наши денежки окажутся в его карманах. Теперь же, когда мой отец пошел на поправку, ясно, что этому не бывать… Я хотела бы плыть с вами… если не возражаете, разумеется… Нам с Ричардом необходимо официально разорвать помолвку и придумать, как сделать, чтобы подобное никогда не повторилось. Не думаю, что он задержится в Англии достаточно долго, чтобы все это обсудить.

– Но какое это имеет значение теперь, когда ваш батюшка благословил вас не обращать внимания на договор?

– Имеет, пока отец окончательно не поправится. Я не желаю рисковать его выздоровлением, ибо граф пригрозил мне скандалом, узнав, что я не собираюсь выполнять условия договора.

– Как хотите, – кивнув, сказал Джеймс.

Джорджина отошла от мужа и направилась к двери.

– Пойду распоряжусь, чтобы собирали наши вещи.

– Только мой саквояж, Джорджи, – твердо заявил Джеймс. – Ты больше и близко не подойдешь к этому чертовому пирату.

При данных обстоятельствах эпитет «пират» звучал несколько странно, хотя он показался не таким уж грубым на фоне прочих крепких словечек, иногда слетавших с уст Джеймса, когда речь шла о Ричарде.

Джорджина порывисто развернулась.

– Из-за безосновательной ревности ты хочешь запретить мне отправиться в столь интересное путешествие?

Золотистые брови снова взметнулись вверх.

– Безосновательной?

– Но…

– Сегодня ты многого добилась, Джорджина. Я согласился помочь этому мерзавцу. Не испытывай судьбу.

Жена неохотно кивнула.

Джеймс смягчился настолько, чтобы добавить:

– Ты ничего не упустишь, дорогая. Я не намерен требовать его освобождения без должных документов, подтверждающих, что закон на нашей стороне. Все – на борт! И быстро! Мы вернемся через несколько дней.

Глава двадцать седьмая

Вечером Джулии пришлось повторять слово в слово все, что сказал Джеймс Мэлори, чтобы заверить отца в своем скором возвращении. Она терзалась чувством вины, признаваясь отцу в том, что действовала за его спиной. Джулия рассказала, как лорд Менфорд поступил с Ричардом, а также о его предсказаниях будущего краха благополучия семьи Миллеров. Граф позаботится, чтобы скандал и его тяжелые последствия не замедлили пасть на их головы.

– Прости, – закончила Джулия. – Я привыкла принимать решения, не обсуждая их с кем бы то ни было, а это нужно было сделать немедля. Я все устроила. Лорд Мэлори согласился помочь. Его судно отплывает со следующим отливом со мной на борту.