Художница из Джайпура

Я глубоко вздохнула: через неделю начнутся занятия в школе, голова Радхи будет занята математическими уравнениями и научными теориями, а не тем, какой пастой чистит зубы Мэрилин Монро.

– Теперь, ваше высочество, всякий раз, как подумаете о сыне, вам достаточно будет свести ладони, чтобы оказаться ближе к нему.

Я понимала, что рискую. Напоминание об утрате могло дать обратный эффект, и махарани снова погрузилась бы в уныние. Но за те две недели, что я ухаживала за госпожой, я узнала стальную крепость ее мышц, решительность сухожилий, силу кровотока в ее венах. Такая женщина не спасует перед невзгодами, и я запустила процесс исцеления, чтобы направить ее к цели.

По щеке махарани скатилась слеза. Фрейлина вытерла ее щеку вышитым платком.

– Лакшми, – произнесла махарани. Теперь, когда она заговорила снова, голос ее окреп.

Я и не подозревала, что она знает мое имя.

– Да, ваше высочество.

У меня защипало глаза от облегчения и гордости за то, что я приложила все накопленные знания и исцелила истерзанную душу королевы. Я не решилась вымолвить ни слова, лишь опустила глаза и легонько кивнула, принимая благодарность.

– Махарани Индира говорит, у тебя есть младшая сестра.

Я кивнула, изумленная тем, что королевы обсуждали мою семейную жизнь (не говоря уже о том, что они вообще о ней знали).

– Да. Радха. Ей тринадцать лет.

– Она ходит в школу?

– Через неделю пойдет в государственную, рядом с домом.

Махарани посмотрела на меня, откашлялась и спросила:

– А ты не хочешь отдать ее в мою школу?

Я изумленно вытаращилась на нее, позабыв о правилах этикета. Школа для девочек, которую открыла махарани Латика, считалась самой престижной в Раджастане. Девочек там наставляли в искусстве добродетели и учили самостоятельности. Мои клиентки могли себе позволить отправить туда дочерей, но мне нипочем не заработать на эту школу, даже если у меня будет больше заказов.

Махарани отмахнулась, точно прочитав мои мысли:

– Об оплате не беспокойся.

Я все так же изумленно глазела на королеву. После школы махарани Радху ждет такое будущее, которого я не могла и вообразить. Возможно, она поедет учиться за границу, как Канта, повидает мир (о чем мне оставалось только мечтать!). Еще вчера мне и в голову не пришло бы, что это возможно!

– Я благодарна за все, что ты сделала для меня.

Когда ко мне вернулся голос, я проговорила:

– Пусть ваши одеяния будут только красного цвета, ваше высочество.

Мадхо Сингх свистнул, проверещал: «Намасте! Бонжур! Милости просим!» – и перелетел из клетки на спинку стула хозяйки.

Дама по имени Налани пристально рассматривала меня сквозь очки-половинки.

Ее высочество опустила взгляд в карты.

– Дамы, знакомьтесь: Лакшми Шастри. Она вытащила нашу махарани из бездны отчаяния.