Друг моего отца

Вот почему старый пердун прощупывал почву как я отношусь к Арману. Не хочу ли поквитаться? Ведь и бабушка была настроена против Чекаева. А она, наверно, могла бы взрастить эту ненависть во мне. Но Эбнер прав: как изворотлива судьба. Где должна была взойти ненависть, выросла любовь. Вот только от одного до другого всего один шаг, а иногда всего… один выстрел.

– Тео, – вспомнила я. – Вы сказали: «Тео». Это Теодор Бломберг?

– Да, я жизнь посвятил наследию твоего отца и заботе о Тео, – пожал он плечами."

"– Так вот что знали вы, а не знал Арман? Про Теодора. Он сказал, что правду ещё придётся сложить из кусочков, как головоломку. Никто из вас не знает всего.

– И кроме твоего отца никогда не знал.

– Провалиться, – подскочила я и наткнулась на Армана. – И ты всё это время здесь стоял?

– Как обвиняемый перед лицом правосудия, – опирался он плечом об угол стены.

– Что ж, – усмехнулась я, – у тебя хороший адвокат. И, кстати, вот что отец оставил мне. Вот тебе ещё кусочек правды, – припечатала я ему на грудь лежавшее у меня в кармане письмо.

И пока он читал, набрала маркграфа.

– Тео, здравствуйте! – демонстративно бодрым голосом сказала я. – Скажите, вы же в Зальсбурге?… Какая удача! Я тоже. Мне кажется, это повод для новой встречи… Вы же, наверно, местный?… Почти? Как знала. Не согласитесь провести мне экскурсию по городу?… Обещаю, я не буду задавать вам много вопросов… – я выразительно посмотрела на буравящего меня взглядом из-под своей приподнятой брови мужа.

Отец просил Тео назвать имя, или Тео сам решил его назвать, если знал то же, что теперь знаю я, уже неважно, оно прозвучало: Чека. Но решать кто мой друг, а кто враг, действительно мне.

– Нет, Арман, конечно, будет с нами, – ответила я на вопрос Теодора. – Но он нам не помешает.

– И Дина могла бы составить вам компанию, – неожиданно вклинилась в мой громкий разговор Рита, что подошла неслышно. Наклонилась ко мне и подмигнула. – Наша младшая дочь. Раз уж ты будешь занята Теодором, чтобы Арман не скучал. И она, кстати, при машине. Вам же понадобится водитель?

И то, как в ужасе вытянулось лицо Армана… сказало больше тысячи слов.

Глава 36. Арман

Дина! Чёрт побери её мать!

Всё было ничего: бледный Бломберг, рождественское убранство кафе и магазинов, маленькие улочки Старого города, бенедиктинское аббатство, белоснежный дворец Мирабель, даже Моцарт, но Дина…

Дина, едва у неё выросли сиськи, не давала мне прохода. И однажды… я ответил ей взаимностью. Да кому я вру: однажды! Однажды это случилось первый раз. Но сколько же раз было потом? Пожалуй, каждый, когда я сюда приезжал.

И, походу, зря я наивно надеялся, что никто не знал.

И Рите явно не понравилась Янка, но не потому, что она была рассеянной, грустной и сама не своя.