Друг моего отца

Признайся честно, – вдруг резко развернулась она и прижалась, преданно заглядывая в глаза. – Арман, ты же вынужденно женился. Правда? Я же не зря столько лет тебя ждала? Пока ты всё прикрывался своим обетом.

– Вынужденно, но это не значит…

Но она перебила:

– Трахни меня, а? – скользнула рукой по ширинке. – Давай их оставим. Снимем гостиницу.

– Дина, прекрати, – отстранился я, и покрылся холодным потом, услышав характерное вежливое покашливание сзади.

– Теодор, мы покупали сувениры, – подняла Дина над моим плечом статуэтку.

– Мы уже идём, идём, – развернулся я.

И мысль жить у Эбнеров уже не показалась мне хорошей. Я согласился, думая, что Дины нет. А тут и так всё буквально повисло на волоске, ещё она.

Но отличное пиво и огромное блюдо овощами, соусами, мясом, рыбой и жареной картошкой подняло всем настроение на раз-два.

Янке понравилась статуэтка Сиси и она осталась в восторге от истории императрицы, рассказанной, конечно, маркграфом не так цинично, как Диной Эбнер, но и небанально. Янку умилило, что Сиси не выносила темноты. И я почувствовал себя небезнадёжным.

– Он же как любой мужик терпеть не может шопинг, – поясняла Динка, доверчиво склонившись к Янке. – Херр Чекаефф, так просто дайте жене карту, и мы обойдёмся там без вас.

– Правда, Арман, мы справимся, – так легко согласилась Янка, что я невольно подумал, что она хочет от меня избавиться.

Нет, нет, нет, мысленно сопротивлялся я. Динка же наверняка что-нибудь задумала. Наговорит ей гадостей про меня. А я и так на гране фола. Да что там! На грани выбывания.

– Да нам будет даже лучше без этих закатываний глаз и утомлённых вздохов. Но я настаиваю, чтобы с нами был маркграф, – ткнула Динка пальцем в грудь бледного и покорного бюргера.

Я пытливо посмотрел на него (не вздумай отказаться!), он на меня, и голубая бюргерская кровь сдалась:

– Хорошо, – кивнул Теодор.

Но от желания ехать с ними ещё не отказался я.

И вечером крутился в кровати как грешник на сковородке, не зная, как сказать Янке правду про Дину. Вздыхал, переключал, не глядя, телевизор, воевал с подушками, пока она сосредоточенно рисовала.

Я покосился в её блокнот. И невольно залюбовался как точно, быстро, грамотно выводила она линии, как трогательно размазывала мягкий карандаш мизинцем.

– Я знаю, знаю, что для этого есть фото, видео, интернет, – не отрываясь от рисунка, сказала она. Колодец со скелетом на дне, якобы упившегося в хлам посетителя, что она рисовала, был местной легендой и достопримечательностью Ципфер БирХауса.

– У меня и в мыслях не было, – усиленно закачал головой я.

– А хочешь я угадаю, что было?

Нет! Взмолился я. Но, когда она отложила блокнот и обняла меня за шею, подтягивая к себе, резко поменял своё мнение. Да! Об этом (а она же сейчас о сексе?) я думал даже больше.