Новогодний Дозор

Но они не могут сопротивляться влечению, единственному, что составляет сейчас их существо. Они тянутся к жизни, они жаждут бытия. Опасливо и робко они приближаются к Лореасе.

Некромантисса вспыхивает ярче. Изумрудные и золотые лучи пронизывают пространство. Страдальческий вой несется по вьющимся тучам бесчисленных призраков, но боль им сладка, и она влечет их, как вино влечет пьяницу. Упиваясь болью, призраки льнут к некромантиссе. Она едва сдерживает омерзение, но не прогоняет их.

– Идите сюда, – велит Лореаса, – и расскажите о мертвой порче!

– О… она… она… – доносится шепот.

– Кто?

– Она кормила нас… кормила Короля мертвых…

– Кто?!

– Она кормила нас ее любовью, ее теплом…

Глаза Лореасы сужаются. «Стало быть, – думает она, – речь о ведьме».

– Кто – она? – требует некромантисса. – Назовите ее имя.

– О, какая вкусная! – стон доносится в ответ. – Какая сладкая… Гелле, Геллена-лена-лена…

Лореаса хмурится.

– Почему вы не оставили Геллену? Что связало вас с нею?

– Ее след… – шепчут призраки. – Она кормила нас ею… а потом вынула ее след на дорожке в саду…

– Что?

Волосы Лореасы встают дыбом.

– След невинной… – шепчут призраки, в их голосах восхищение, вожделение, мучительная мечта, – след невинной, живой, теплой… он алмазный! Он хрустальный!.. он – сокровище!..

Лореаса молчит. Она до крови прокусила губу, и мириады призраков с воплями тянутся к алой капле – пусть эта кровь не человеческая, пусть она холодна как лед, но это живая кровь.

– Что сталось со следом Геллены? – наконец спрашивает некромантисса.

– Нельзя забыть… – покорно плачут горькие души, – нельзя отказаться… Король, Король захватил сокровище! Хрустальный след достался Королю мертвых. Король мертвых придет за своей невестой.

И лютая, черная ярость охватывает Лореасу, ярость ледяная, как гиблые болотные воды. Она наконец поняла, что случилось.

Желая подчинить себе бесплотные кошмары и тоскующих призраков Страны мертвых, некая ведьма посулила им жертву. И долго, должно быть, подыскивала она столь богатую жертву, чтобы ее принял сам Король мертвых – самую сильную, самую веселую, самую свободную, выросшую в любви и готовую дарить любовь…

«Геллена!..»"

"– Я не позволю, – шепчет Лореаса, – я не отдам мою дочь мертвецам и кошмарам.

И она выпрямляется. Все мышцы в ее теле напряжены. Исходящий от нее свет становит пламенем, чистым и белым. Пламя обжигает призраков, рвет и режет их, и они вопят от невыразимой муки, неспособные отказаться даже от такого тепла, неспособные умереть… Громовым голосом Лореаса приказывает:

– Назовите мне имя ведьмы!

6Кодор давно уже не ездит в дозоры. Теперь он стар, он – отец семейства. Он давно подготовил себе преемника. Но должность Лесничего – пожизненная.