Дороти должна умереть

И не только по поводу того, как ей удалось внешне оставаться столь юной девушкой. Интересно, зачем она рассказывает мне все это, ведь Джелия никогда со мной особо не откровенничала. Может, вчерашние объятия стали переломным моментом и горничная просто хотела выговориться?

— Страна Оз пережила много перемен, — рассказывала Джелия. — Народ говорит о настоящей Оз, но я даже представить не могу, что подразумевается под этим словом. Страна Оз не может оставаться неизменной слишком долго. Как и магия, конечно. Она постоянно меняется.

Мы поднимались по лестнице. Улыбка Джелии, грустная и мечтательная, сейчас совсем не походила на привычный кукольный оскал.

— Знаешь, во мне ведь тоже течет кровь фей, — сказала Джелия; сейчас я уже не была уверена, разговаривает ли она со мной или сама с собой. — Не сравнить с Озмой, конечно. Этой крови не так много, чтобы кардинально что-то изменить, но…"

"Наконец мы подошли к моей комнате. Я посмотрела на Джелию. Зачем она привела меня сюда?

— Убедись, что в комнате чисто, — пояснила главная служанка. — Солдаты обязательно будут все обыскивать. Я-то знаю, что ты порой бываешь весьма неаккуратна. Не хочу, чтобы твою комнату сочли неопрятной. Это плохо отразится на моей репутации.

Она многозначительно уставилась на меня. Предостерегающе. Не представляю, сколько знала Джелия, но она привела меня сюда, освободила от всех обязанностей, — и все только для того, чтобы я проверила, все ли в комнате в порядке, и не попалась?

— Джелия, я…

Она подняла руку, обрывая меня.

— Давай скорее, жду тебя на кухне. Нужно накрывать на стол.

Джелия ушла, не сказав больше ни слова. Но, когда я открыла дверь и вошла в комнату, поняла, что мы опоздали. Все внутри было перевернуто. Простыни разорваны, в самом центре матраса красовалась дыра, повсюду разлетелись перья. Открыв ящики опрокинутого на пол комода, я почувствовала тошноту: Звездочка пропала.

37

Небо за окном потемнело, из голубого стало лиловым, а потом и вовсе черным. Хотя время едва подходило к обеду, Дороти перевернула часы. Я никак не могла прийти в себя: Звездочка пропала, комнату обыскали. Я не сомневалась: они знают обо мне, о том, кто я на самом деле. Железный Дровосек уже подозревал меня и теперь сложил все улики воедино.

Нужно убираться отсюда. Я повернулась к зеркалу — единственному предмету в комнате, который остался нетронутым. Может, еще есть выход? Я провела пальцами по гладкой зеркальной поверхности, надеясь найти хоть какое-нибудь решение.

— Нокс, — прошептала я, понимая в душе, что все бесполезно, — пожалуйста, помоги. Скажи, что мне делать. Ты нужен мне.

Мне показалось, что в отражении пошла легкая рябь, словно в пруд бросили монетку, и в душе появилась надежда. Но в зеркале ничего не изменилось.