Двенадцать дней Коляды

Владлен прищурился, не увидел, а скорее понял, что девица делает, – ножи в землю втыкает.

– Ты что задумала? – Подойти к мосту он не мог – тот раскалился докрасна. – Ножки белые-то не обожгла?

С тоской посмотрела на него незнакомка, одними губами прошептала «беги». Понятное дело, что он даже с места не сдвинулся.

Отошла девушка в сторону, поздно Владлен понял – чтоб разбежаться. Бросилась вперед, сиганула высоко, кувыркнулась над ножами и приземлилась аккурат на ноги. Припала к земле, рукой на нее оперлась, да так и замерла.

– Вот это да! – Пораженный Владлен смотрел на неподвижную девицу, его даже зависть взяла. – А меня науч…

Не успел договорить, слова в горле застряли.

Выгнулось тело девичье, закричала она так, будто ножи эти ей в спину вонзили. На колени упала, согнулась, лбом в землю уперлась. Лопатки вместе свела, руки выломало, сквозь шум воды было слышно, как кости трещат. Раздалась спина, пальцы из суставов вышли, плащ на землю упал, и увидел Владлен, что через разорванную рубаху горбатая холка пробивается.

– Святой Боже…

Он попятился, о собственную ногу запнулся и на задницу упал. Пополз назад, но взгляд отвести от девицы не мог.

Вот только не было больше никакой девицы на другом берегу, отринула она все человеческое. Когтистыми лапами кожу с груди срывала, выла, трясла волчьей головой, из которой два острых уха пробились. Ноги ее с хрустом сломались, колени в обратную сторону вывернулись.

Медленно выпрямилось существо, рыкнуло, втянуло носом воздух. Морду к небу подняло, завыло – от звука этого кровь у Владлена в жилах в лед превратилась.

И тут тварь к нему повернулась."

"– Нет, нет! – Он вскочил на ноги. – Чур меня!

Из леса другие звери откликнулись – вой поднялся такой, что уши заложило. Не одна она! Сказала же, что семью ждет, а он, дурак, за шутку все принял!

Теперь шутить с ним точно никто не будет – тварь вскочила и бросилась на него. Чудом не заорав, Владлен со всех ног прочь бросился, сердце колотилось так, что он ничего не слышал, кроме шума собственной крови.

– Отец наш Небесный, дай мне сил, дай мне воли, пусть рука моя…

Так несся, что верхового не заметил, – чуть под копыта не бросило, всадник чудом успел в сторону коня увести.

– Руку! – рявкнул незнакомец.

Владлен разглядел светлый плащ, схватился за предплечье мужчины и на лошадь запрыгнул.

– Серебро есть? – громко спросил всадник.

– Только золота мешок! – откликнулся Владлен.

– Золото можешь засунуть себе… Сучье племя!

Владлен огляделся и увидел, что по обе стороны от них волки бегут. Штук восемь, не меньше, от тел горячих пар валит, будто не кровь в их жилах, а металл раскаленный. Рычат, тявкают, переговариваются.