Двенадцать дней Коляды

– Ухо или палец. – Дива угрюмо кивнула и пришпорила лошадь.

Напряжение росло – Дмитрий ехал рядом, Дива не позволяла ему отставать, он тоже держался бодро.

Не такой уж и тупой, раз спину не подставляет, хотя мог бы по-дружески позволить ей закончить все быстро.

Ее намерения не остались для него загадкой, он сразу понял, зачем она разделила отряд.

– И долго играть со мной думаешь? – спросил мужик.

Заговорил первым, не выдержал напряжения. От него пахло страхом.

– О чем это ты? – беззаботно откликнулась Дива.

– Хватит дурака из меня делать! Думаешь, я не понял, зачем ты все это затеяла?!

– Раз такой умный, сделай одолжение – сдохни сам.

Она спрыгнула с лошади и всадила нож в глотку его коня. Животное запнулось и подалось вперед. Тяжелая туша повалилась на бок, увлекая наездника за собой. Дмитрий закричал.

– Сука! – Он попытался выползти из-под коня. – Сволочь!

– Будет, прими смерть как воин. – Дива встала над ним.

– Хрен тебе! Надо было задушить тебя во сне!

– На большее ты и неспособен. – Она кивнула. – Держать под боком дикую псину ни один хозяин не станет.

– Кого ты псом назвала, сука? – Он выбрался из-под лошади, его нога была переломана. – Дай мне достать меч, и я…

– Ты воняешь слабостью. – Дива присела и схватила его за волосы. – Собаке собачья смерть.

Нож рассек горло, горячая кровь хлынула на снег. Дмитрий захрипел, задергался, а потом затих. Она все еще помнила о чести, поэтому быстро прервала его жизнь, не стала истязать старого приятеля.

– Помни мою доброту.

Дива встала, вытерла нож о штанину и плюнула на труп охотника.

Никто не посмеет оспаривать ее главенство. Если Орел и Блаженный станут задавать слишком много вопросов, их пути с Дмитрием очень скоро снова пересекутся.

Она нагнала своих быстро, пристроилась к шагу их лошадей и принялась ждать. Час, другой – тишина. Никто рта не раскрыл, ни одного вопроса не задали, только понуро головы склонили. Даже Блаженный не ерничал, бурчал под нос что-то, но помалкивал."

"Не хотела она убивать Дмитрия, ужасно не хотела, но пришлось. Видят боги, выходя пару месяцев назад со стоянки, Дива и мысли не допускала, что старый охотник тявкать начнет. Да и Красимиру зла тоже не желала, сам ведь напросился. Мальчишку жаль, конечно, уже сто раз пожалела, что так жестоко обошлась с ним, но теперь ничего не поделаешь.

Но если он вернется в общину, у нее могут быть проблемы. Мужиков там гораздо больше, чем баб, они такую выходку ей не простят, вступятся за Краса, решат проучить ее. Всем известно, что мужики за свою промежность переживают сильнее, чем за все остальное, – некоторые во время охоты в штаны металлические щитки кладут на случай, если тварь какая-то решит вцепиться в самое дорогое.