Двенадцать дней Коляды

Потерять свое место из-за мальчишки… Нет, этому не бывать.

Только вот что с этими двумя делать? Они ведь тоже пасти открыть могут или вообще задушат ее ночью, и дело с концом. Дива загнала себя в угол, а как выбраться – понятия не имела.

Впереди показалась повозка. Дива пришпорила лошадь. Нужно занять себя чем-то, отвлечься от навязчивых мыслей. Эти двое никуда не денутся, а если попытаются убить ее – пожалеют.

– Стоять! – выкрикнула она, нагоняя путника. – Повозку останови!

– С чего бы?

На облучке сидела бабка, завернутая в потрепанный полушубок. На голове платок, лицо закрыто, одни глаза хитрющие видны.

– Больно ты бойкая, – проворчала Дива. – Останови повозку, говорю тебе.

– А ты кто такая будешь, чтобы я тебя слушалась? Ехай своей дорогой.

– Нам еда нужна и вода. Думаю, ты с удовольствием поделишься с Мрачным Взводом.

– Слыхала я о Взводе, да только не думала, что они на дороге разбой устраивают. Уверена, что я остановиться должна, девка?

Дива сжала зубы, подъехала ближе и выхватила из рук бабки поводья. Повозка остановилась, лошади недовольно заржали.

– Одна в Коляду путешествуешь? Радуйся, что мы на твоем пути встретились. – Дива кивнула Орлу.

Тот спешился и полез в телегу. Если там есть что-то полезное, он непременно найдет.

– Радоваться, что меня грабят те, кто защищать должен? Экая ты умная! – Бабка рассмеялась. – Не Коляды бояться надо, а вас, защитнички. Похуже нечисти будете.

– Ты за языком-то следи. – Дива предупреждающе вскинула руку. – А то ведь и не доехать до дома можешь.

– Гляньте-ка на нее, распушила перья. Бери что нужно да проваливай, царица разбойничья, не то не нагонишь жертв своих.

Дива внимательно посмотрела на старуху.

– Что ты сказала?

– Земля слухами полнится. – Та сцепила морщинистые руки и сложила их на коленях. – Не смотри так, взглядом меня не убить.

– Нашел чего? – выкрикнула Дива.

– Нет. – Орел спрыгнул с повозки. – Мешки с углем да тюки с соломой.

– Только время потратили. – Она еще раз посмотрела на старуху. – Сразу сказать не могла, что брать у тебя нечего?

– А то ты бы мне поверила.

– Сто лет, а ума нет. – Дива отпустила поводья. – В другой раз я не буду такой терпеливой.

– И что ты сделаешь? – Бабка прищурилась. – Зарежешь меня как собаку?

По спине Дивы пробежали мурашки. Нет, глупости, просто совпадение. Откуда этой бабке знать, как она с Дмитрием поступила?

Но внутри поселился лютый хлад, заполнил ее и тугим комом в желудок лег. Неужели совесть проснулась?

Она хлестнула лошадь и помчалась вперед. Орел кричал что-то вслед, но Дива не слушала, даже головой помотала, пытаясь стряхнуть с себя звук его голоса.

Страх. Настоящий ужас, которого ей не доводилось испытывать с той самой ночи.