Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

Маленькие голубые цветы, растущие вдоль дорожки, гордость Миры и немного моя — нравилось мне садовничать в свободное время, — оказались растоптаны тяжелым сапогом.

— А вот я… Дорогая Элис, вполне мог бы тебе помочь. Стать опекуном. Или супругом. М?

Он поднялся на крыльцо, вырвал яблоко из моей руки и с тихим звоном вытащил нож. Лезвие мелькнуло прямо у моего лица, и я с трудом заставила себя стоять прямо.

Ухмыльнувшись, мужчина отрезал кусок яблока и сунул его в рот, а потом втянул носом воздух, как будто принюхиваясь. Единственный глаз прищурился.

От него самого пахло табаком, потом и сладковато — алкоголем.

Черный, а это был именно он, ухмыльнулся.

— Как ты выросла, малышка Элис. Скучала по мне? — Он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки.

Лорд Седрик Мэлори

Задолго до того, как я подошел к дому Элис, я услышал голоса.

— О! — с интересом поднял брови Гидеон. — Да там мужчины. Несколько! Что же они делают дома у Элис? Лорд Седрик Мэлори, неужели у тебя впервые в жизни появился конкурент?

С энтузиазмом, достойным лучшего применения, он сунул руку в бумажный кулек, извлек оттуда пару семечек и бросил их в рот. Убил бы. Почему я вообще считаю его другом?..

— Что стоишь⁈ — поднял брови Гидеон. — Пойдем быстрее, самое интересное пропустим!

Глава 23

Элис

— Как ты выросла, малышка Элис. Скучала по мне? — Черный протянул руку, чтобы коснуться моей щеки.

Я дернула головой.

По спине пробежали мурашки от неясного липкого отвращения. Бывает такое: смотришь на человека — и за секунду он становится тебе неприятен.

Черный отправил в рот еще половинку яблока, и его губы снова исказились в ухмылке. Пористая сероватая кожа пошла морщинами. На вид ему было лет сорок или даже пятьдесят, но единственный глаз блестел по-юному голодно.

— Ты говорят, теперь солидная дама, открыла свой магазин? Покажешь? Как-никак — теперь мы с тобой конкуренты, можно сказать.

Он засмеялся — и староста подобострастно рассмеялся вслед за ним, даже мордовороты издали какие-то странные звуки, которые можно было бы принять за веселье.

— В прошлый раз мы с тобой не договорили. Ты мне кое-что задолжала, малышка Элис. Помнишь?

Задолжала? Что за дела были у Элис с этим Черным? Все, что я о нем знала — торговец, который время от времени наведывается со своими людьми в Верхние Петушки, продает не самые лучшие артефакты и другие товары, вероятно, такого же качества, а потом снова уезжает.

А еще… Мне вспомнилось, как доктор Хлыщ сказал, что Черный «Элис себе приметил».

Неужели Элис умудрилась с ним спутаться?.. Что вообще между ними произошло, почему Черный сейчас смотрит на меня так многозначительно? Неужели… Элис, чтоб тебя! Да как тебя угораздило, что ни мужик, то…

«Не в говно, так в партию», — как сказала бы моя мама*.