Развод Пиковой Дамы

Пара-тройка шагов, и я уже оказался в тесной прихожей, заставляя себя не хлопать входной дверью, хотя хотелось жахнуть так, чтобы дом вздрогнул, а с потолка посыпалась висящая хлопьями, пожелтевшая от времени штукатурка.

Перед глазами — пелена, сердце заходилось в приступе тахикардии, готовое разнести в хлам ставшей тесную грудную клетку.

Бум–бум–бум. Грохот в ушах и висках. Кажется, это тоже сердце. Оно везде. Сумасшедшее, сорвавшееся с рельсов и несущееся под откос.

Я остановился на площадке, вцепился руками в подоконник и закрыл глаза. Дышать, нужно было дышать, чтобы не угробить никого на дороге. Нельзя садиться за руль в таком состоянии.

Сумрак за окном был намного светлее того, что творилось сейчас в моей голове, в душе.

«Я не твоя женщина» бился в памяти любимый голос. Четыре слова как приговор. Услышал, но не принял, не поверил.

Я выслушал их, не дрогнув ни единым мускулом. Нельзя показывать эмоции. Мужчина всегда должен быть спокоен, чувства — удел слабых женщин, поэтому я успел покинуть квартиру до того, как тьма вырвалась наружу.

Ткнулся лбом в стекло, но легкая прохлада прикосновения не погасила ревущее в груди пламя.

Хотелось вернуться, схватить Ингу в охапку, встряхнуть хорошенько, посмотреть в зелено–карие глаза и…

Ну зачем ты так со мной⁈ Хватит уже, отключай стерву, ты ведь девушка, слабая и эмоциональная. Фото из Питера… на них ты была именно такой. Ты улыбалась Михайлову, держала его за руку, смотрела влюбленными глазами, а рядом со мной почему–то демонстрировала сильную женщину. Я ведь и правда узнал о тебе все, и не только паспортные данные. Служба безопасности хорошо поработала, глубоко рыла, вплоть до несчастной первой любви и аллергии на лилии.

И про Пиковую Даму тоже в курсе. Сегодня ты выпустила ее прогуляться, правда? Спустила с поводка и скомандовала «фас!». Это она жалила меня ядовитыми словами? Она, не ты.

«…секс с тобой мне очень понравился». Это был не просто секс, Инга. Это была любовь, она есть, и ты это прекрасно знаешь. Твои стоны, оргазмы, отклик тела на мои ласки — все это было настоящим, искренним, но ты это решила обнулить, обесценить. Зачем? Почему решила спрятать чувства?

«Согласись, это просто смешно…»

Не очень. Вернее, совсем не смешно. И пусть твое лицо оставалось спокойным, а взгляд — холодным, но я видел твои руки. Нервные движения тонких красивых пальцев выдавали напряжение, а я помнил их другими. Мягкими, нежными, они касались моего лица, изучали тело, обжигали и ласкали одновременно. Нет, девочка, все не так просто. Ты испугалась. Это я тебя напугал. В тебе нет того равнодушия, которое ты хотела продемонстрировать.

Я ошибся, перегнул палку в своем нетерпении и ревности, а ты включила режим защиты.