Чужестранка. Книги 1-14

Когда он испустил последний вздох, они, его семья, в скорбной тишине подождали следующего, и лишь спустя какое-то время начали украдкой переглядываться и бросать взгляды на кровать, на неподвижное лицо Йена, – понимая, что все кончено.

* * *Расстроилась ли Дженни, что последние слова Йена были обращены к ее брату? Наверное, нет – единственное преимущество подобной смерти в том, что есть время попрощаться. Джейми знал, что Йен успел поговорить наедине с каждым из детей, утешить их, насколько возможно, наверное, дать совет… по крайней мере, заверить их в своей любви.

Джейми стоял рядом с Дженни, когда Йен умер. Она тяжело вздохнула и резко опустилась рядом с ним, как будто из ее тела вдруг вырвали железный прут, что удерживал спину прямой последний год. Ее лицо не выглядело печальным, хотя Джейми знал, что она скорбела, но в этот миг она была просто довольна, что все закончилось, – для Йена и для всех них.

Уж конечно за месяцы, прошедшие с тех пор, как стало известно о болезни Йена, они с Дженни успели сказать друг другу все, что могли.

А что бы он сказал Клэр в подобном случае? Быть может, то, что он сказал ей при расставании: «Я люблю тебя. Мы встретимся снова». Он все равно ничего не придумает лучше.

Он не мог оставаться в доме. Женщины обмыли тело Йена и положили в гостиной, а сами яростно готовили угощение и прибирали дом, потому что весть о смерти Йена уже облетела соседей и те потихоньку собирались для прощания с усопшим.

Вчера вечером пошел дождь, но сейчас он прекратился. Джейми вышел через калитку из огорода и поднялся на холм к беседке. Там сидела Дженни, и он на миг засомневался, но все же вошел и сел рядом с ней. Если ей хочется побыть в одиночестве, она попросит его уйти.

Она ничего не сказала, лишь потянулась к его руке, и он взял ее изящную и хрупкую руку.

– Хочу уйти, – спокойно сказала Дженни.

– Понимаю, – сказал он, бросив взгляд на дом. Беседку укутывали вьющиеся растения, их листья зеленели, умытые дождем, но его и Дженни скоро кто-нибудь обязательно увидит. – Сходим ненадолго к озеру?

– Ты не понял. Я хочу уйти отсюда. Из Лаллиброха. Навсегда.

Джейми опешил.

– Вряд ли ты хочешь именно этого, – осторожно сказал он. – Ты пережила сильное потрясение, но…

Она покачала головой и положила руку на грудь.

– Во мне что-то сломалось, Джейми. Больше меня с Лаллиброхом ничто не связывает.

Он не знал, что сказать. Когда он вышел из дома, то старался не смотреть на башню и кладбище – не хотел видеть темное пятно выкопанной могилы, – но теперь повернул голову и указал подбородком в том направлении.

– Ты готова оставить Йена?

Она всхлипнула. Ее рука по-прежнему покоилась на груди, над сердцем, и сейчас она крепко прижала ее.