Чужестранка. Книги 1-14

– Йен со мной, – сказала она и выпрямила спину, словно бросая вызов свежевырытой могиле. – Он никогда не покинет меня, как и я его. – Она повернула к брату голову, ее глаза были красными, но сухими. – Тебя он тоже никогда не покинет, Джейми, и ты это знаешь не хуже меня."

"Его глаза внезапно увлажнились, и он отвернулся.

– Да, знаю, – пробормотал он, надеясь, что говорит правду. Сейчас то место в его сердце, в котором он привык находить Йена, было пустым и гулким, словно bodhran[688]. Вернется ли он? Или Йен лишь ушел в другую часть его сердца, куда он еще не заглядывал? Он надеялся, что это так, но не хотел искать его прямо сейчас, боясь ничего не найти.

Он хотел поговорить о чем-нибудь другом, чтобы дать Дженни время все обдумать, но было трудно найти такую тему для разговора, которая не коснулась бы умершего Йена. Или смерти вообще. Любая утрата – как в первый раз, и каждый раз смерть затмевает все и становится ключом к запертым дверям памяти.

– Скажи, что было после того, как умер отец? – внезапно спросил он, удивив и себя, и сестру.

Он ощутил, как она повернулась к нему, но смотрел по-прежнему на свои руки, а пальцами левой потирал толстый красный шрам на правой ладони.

– Его привезли домой. В повозке. С ними был Дугал Маккензи. Он рассказал, что отец видел, как тебя били кнутом, и вдруг упал. Когда его подняли, одна сторона его лица была искажена гневом, а другая обмякла. Он не мог говорить и ходить, и они вынесли его из толпы и отвезли домой.

Она замолчала и с усилием сглотнула. Ее взгляд был прикован к башне и кладбищу.

– Я позвала доктора. Он несколько раз пускал кровь, что-то жег и совал дым отцу под нос. Он пытался дать ему лекарство, но отец почти не мог глотать. Я понемногу лила ему воду на язык, больше он ничего не принимал. – Она глубоко вздохнула. – Он умер на следующий день, в полдень.

– Он… ничего не говорил?

Она покачала головой.

– Он вообще не мог говорить. Лишь слабо шевелил губами, и в горле у него клокотало.

Ее подбородок задрожал от воспоминаний, но она поджала губы.

– Однако незадолго до смерти я видела, как он пытался что-то сказать. Его рот старался изобразить буквы, а глаза смотрели на меня, будто пытаясь заставить меня понять. – Она посмотрела на него. – Один раз он сказал «Джейми», я точно знаю. Я решила, он хочет узнать о тебе, и передала ему слова Дугала – что ты жив и с тобой все будет хорошо. Это его, кажется, немного утешило, и он вскоре умер.

Джейми сглотнул, и звук отозвался в его ушах. Пошел мелкий дождь, капли барабанили по листьям над их головами.

– Taing[689], – тихо сказал он. – Я не знал. Хотел бы я попросить у него прощения.

– Ни к чему, он и так все знал, – так же тихо ответила она.

Джейми кивнул, не в силах произнести ни слова.