Чужестранка. Книги 1-14

Золота, что мы взяли с собой, осталось не так уж и много, так что придется подождать, пока я съезжу в Ридж, достану золото, положу его в банк, сделаю перевод… Не хочу, чтобы Джоан пришлось еще год прожить в доме, мешая похотливым пронырам совокупляться.

– Похотливым пронырам? – рассмеялась я. – Только не говори, что застал их за этим делом!

– Не совсем, – кашлянув, признался он. – Но заметно, что их влечет друг к другу. Давай пройдемся по берегу, я тут недавно видел гнездо кроншнепа.

Ветер стих, и пока еще было светло и тепло. Над горизонтом вставали облака, к ночи снова пойдет дождь, но пока можно радоваться приятному весеннему дню. Поняв друг друга без слов, мы решили отложить в сторону все спорные вопросы и говорили о пустяках, просто наслаждаясь обществом друг друга. Вскоре мы набрели на поросший травой пригорок и сели на него.

Мысли Джейми то и дело возвращались к Лири, и он ничего не мог с этим поделать. Впрочем, я не возражала, потому что сравнения были в мою пользу.

– Будь она моей первой женщиной, у меня, наверное, сложилось бы совершенно иное мнение о женщинах в целом.

– Нельзя же составлять мнение о женщинах по тому, каковы они – или одна из них – в постели, – возразила я. – Я знала мужчин, которые…

– Мужчин? Так Фрэнк не был твоим первым мужчиной?

Я заложила руку за голову и посмотрела на него.

– И что, если так?

– Ну… – Ошарашенный подобной вероятностью, он судорожно подыскивал ответ. – Наверное… – Он осекся и посмотрел на меня, задумчиво потирая переносицу. Уголок его рта опустился. – Я не знаю.

Я тоже не знала. С одной стороны, мне нравилось его замешательство, хотя в моем возрасте я не хотела выглядеть распутницей, разве что дамой с предположительно бурным прошлым. А с другой стороны…

– Ну, и сколько камней ты насчитал?

– Ты была моей первой женщиной, – резко сказал он.

– Якобы, – поддразнила я его. К моему удивлению, он покраснел, словно закатное небо.

– Ты не веришь мне? – невольно повысил он голос.

– Ну, для так называемого девственника ты был довольно опытен. Не говоря уж о… богатом воображении.

– Ради бога, саксоночка, я вырос на ферме! Там, знаешь ли, все довольно откровенно. – Он окинул меня взглядом с головы до ног, задерживаясь на отдельных частях тела. – А что до воображения… Господь свидетель, да я месяцами – годами даже – мечтал! – В его глазах зажегся некий свет, и мне подумалось, что он продолжал мечтать и в последующие годы.

– О чем ты думаешь?"

"– О воде в озере. Она чуть холодновата, но вряд ли я отморожу яйца. Зато когда я войду в твое тепло… – Он смотрел оценивающе, словно прикидывая, сколько усилий ему потребуется, чтобы затащить меня в озеро. – Разумеется, нам не обязательно заниматься этим прямо в озере, если ты не хочешь.