Чужестранка. Книги 1-14

Баккли протянул им пустой стакан, но не стал дожидаться, пока его снова наполнят.

Владелец плантации, на которой он работал, разорился после битвы у Аламанса и сел в тюрьму за участие в войнах регуляторов, а его имущество было конфисковано. Семья Маккензи, не имея ни денег, ни дома, ни родственников, которые могли бы им помочь, какое-то время кочевала по стране.

Брианна и Роджер обменялись взглядами. Знал ли Баккли, что в Америке жила его близкая – и богатая – родственница: Иокаста Кэмерон была сестрой Дугала Маккензи и приходилась Баккли тетей. Знал ли он об этом?

Брианна выгнула бровь в молчаливом вопросе, но Роджер качнул головой. Это подождет."

"Баккли сказал, что они решили вернуться в Шотландию. У Мораг в Инвернессе был родственник – брат, разбогатевший на торговле зерном. Мораг написала ему, и он пригласил их и пообещал пристроить Уильяма в свой бизнес.

– В моем положении я был бы рад даже убирать навоз за овцами, – со вздохом признался Баккли. – Эфраим – брата Мораг зовут Эфраим Ганн – сказал, что ему нужен приказчик. А у меня аккуратный почерк, и я умею считать.

Обещание работы, которую он отлично мог выполнить, и дома оказалось столь соблазнительным, что их маленькая семья решила снова переплыть опасный Атлантический океан. Эфраим перевел им деньги через банк, чтобы они оплатили путешествие, и они вернулись в Шотландию. Высадившись в Эдинбурге, они медленно двинулись на север.

– По большей части мы ехали на повозке, – сказал Баккли. Он пил уже третий стакан виски, Брианна и Роджер ненамного от него отставали. Баккли налил немного воды в пустой стакан, отпил, покатав ее на языке, прокашлялся и продолжил рассказ.

– Повозка в очередной раз сломалась у местечка, которое называют Крэйг-на-Дун. Полагаю, вам оно известно? – Он посмотрел на них, дождался кивка и продолжил: – Мораг выглядела уставшей, сын тоже был бледноват, и они прилегли на траву – поспать, пока починят колесо. Гуртовщик ехал не один, а с другом, так что в моей помощи они не нуждались, и я решил размяться.

– И поднялся на холм, к камням, – сказала Брианна, и при мысли об этом ее сердце сжалось.

– Какой тогда был день? – спросил Роджер.

– Это было летом, – медленно произнес Баккли. – Незадолго до Дня Иоанна Крестителя, но точную дату я не помню. А что?

– Летнее солнцестояние, – сказала Брианна и икнула. – Оно… Мы думаем, в эти дни оно открывается. Чем бы оно ни было, оно открывается в праздники Солнца и Огня.

Раздался слабый звук едущего по дороге автомобиля, и у всех троих сделался такой вид, будто их застали на месте преступления.

– Энни с детьми. Что будем делать с ним? – спросила Брианна Роджера.

Роджер, сузив глаза, посмотрел на Баккли.

– Нам нужно еще кое-что тебе объяснить, – сказал он, вставая.