Чужестранка. Книги 1-14

Хочешь, я уйду? – тихо сказал он.

– И куда же ты пойдешь, если я скажу «да»? – неприязненно спросила она."

"Он посмотрел на окно над кухонной раковиной. Днем из него открывался мирный вид на огород и старые деревянные ворота, ведущие на пастбище. Но сейчас за ним была лишь безлунная шотландская ночь. В такие ночи добрые христиане остаются дома и обрызгивают пороги святой водой, потому что в это время по пустошам и холмам бродят не только божьи создания.

Баккли ничего не сказал, лишь сглотнул, и Брианна заметила, как волоски на его руках встали дыбом.

– Не нужно тебе никуда идти, переночуешь у нас, – сердито сказала она. – Но завтра…

Он кивнул, не глядя на нее, и попытался встать. Она остановила его, положив ладонь на его руку. Он удивленно посмотрел на нее, в тусклом свете его глаза казались темными.

– Ты хочешь вернуться? – спросила Брианна.

– О боже, да! – ответил он и отвернулся, но его голос звучал хрипло: – Я хочу к Мораг. Я хочу к моему маленькому сыну.

Она выпустила его руку и встала. Но тут ей в голову пришла одна мысль.

– Сколько тебе лет? – внезапно спросила она. Он пожал плечами и провел тыльной стороной запястья по глазам.

– Тридцать восемь, а что?

– Да так… просто интересно, – сказала она и убавила температуру печки. – Идем, я постелю тебе в гостиной. А завтра… завтра будет видно.

Она повела его по коридору мимо кабинета Роджера. В животе вдруг стало холодно, словно она ком льда проглотила: в комнате горел свет, и листок с фамильным древом все еще лежал там, куда она его положила, – на столе. Видел ли Баккли дату? Вряд ли, а если видел, то не обратил внимания. Даты рождения и смерти были указаны не для всех, но под его именем они стояли. Согласно этому документу, Уильям Баккли Маккензи умер в возрасте тридцати восьми лет.

«Он не вернется», – подумала она, и холод охватил ее сердце.

* * *Над серыми водами озера Эррочти нависли тучи. Брианна и Уильям Баккли стояли у перекидного моста через Алт-Руе-нан-Сэрах – речку, питающую Эррочти, – и смотрели вниз, где меж холмов лежало созданное людьми озеро. Бак – он сказал, так его называли в Америке и он привык к этому имени – глядел, не отрывая глаз, и на лице его удивление смешивалось с растерянностью.

– Вон там, – тихо произнес он и указал рукой, – видишь, где в озеро впадает маленький ручей? Там стоял дом моей тети Росс. На сто футов ниже ручья.

Теперь – примерно на тридцать футов ниже уровня воды.

– Должно быть, мучительно больно видеть, как все изменилось, – не без сочувствия сказала Брианна.

– Да. – Его глаза, до жути похожие на глаза Роджера, смотрели прямо на нее. – Но еще больнее видеть то, что не изменилось. Посмотри туда, – он подбородком указал на виднеющиеся вдалеке горы. – Они такие же, как были.