Чужестранка. Книги 1-14

 – Я мог упустить одного или двух.

Баккли уставился на Роджера, небритое лицо его побелело. Он недоуменно моргнул и посмотрел на Брианну. Та кивнула, и он снова перевел взгляд на Роджера и принялся внимательно разглядывать его лицо.

– Посмотри на его глаза, – посоветовала Брианна. – Дать тебе зеркало?

Баккли открыл рот, словно собираясь ответить, но промолчал и затряс головой, будто отгонял мух. Затем взял чашку и посмотрел на нее, словно удивляясь, что она пуста. Поставив чашку обратно, он перевел взгляд на Брианну.

– У тебя дома есть что-нибудь покрепче кофе, a bhana-mhaighstir?[671]

* * *Роджер не без труда отыскал в кабинете генеалогическую таблицу, которую составил преподобный отец еще несколько лет назад. Пока он искал ее, Бри достала бутыль виски «Обан» и щедро наполнила стакан Баккли. Налила себе и Роджеру и поставила на стол кружку с водой.

– Воду будешь добавлять или предпочитаешь неразбавленный? – вежливо спросила она.

Как ни странно, он плеснул немного воды в свой виски и улыбнулся, заметив ее удивление.

– Будь это самогон, я бы выпил его неразбавленным, но виски стоит пить не спеша, а вода раскроет его вкус. Но ты ведь и так это знаешь, правда? Хотя ты и не шотландка.

– Да нет, я как раз шотландка. По отцу. Его зовут… звали Джеймс Фрэзер из Лаллиброха. Еще называли Дюбонне.

Моргнув, он обвел взглядом кухню и снова посмотрел на Брианну.

– Ты… другая? Как твой муж и я. Другие, что бы это ни означало.

– Да. Ты знал моего отца?

Он покачал головой и, закрыв глаза, отпил виски.

– Боже милосердный, как хорошо, – выдохнул он и открыл глаза. – Нет, я родился за год или около того до битвы у Каллодена. Но подростком я слышал о Дюбонне.

– Ты сказал, что не фермер. Чем же ты занимался в Шотландии до того, как покинул ее?

Он глубоко вздохнул и выдохнул через нос – точно так же делал и ее отец. «Типичный Маккензи», – подумала она, развеселившись.

– Я был юристом, – отрывисто сказал он и поднес ко рту стакан.

– Полезная профессия, – заметил вошедший как раз в этот момент Роджер. Он задумчиво посмотрел на Баккли, покачал головой и положил на стол лист с фамильным древом Маккензи.

– Вот ты, – сказал он, ткнув пальцем в соответствующую запись, затем провел пальцем вниз и добавил: – А вот я.

Баккли прищурился и, нагнувшись, принялся молча изучать документ. Сглотнул, дернув горлом, и побледнел.

– Все верно, вот мои родители и их родители. И крошка Джем – мой Джем – как раз там, где должен быть. Но у меня есть еще ребенок, – сказал он Брианне. – Мораг была беременна, когда я… когда я… ушел.

Роджер сел. Его лицо утратило выражение сердитой настороженности, и он почти сочувственно посмотрел на Уильяма Баккли.

– Расскажи нам, как ты ушел.