Чужестранка. Книги 1-14

Огонь играл на их лицах сильнее, чем на стекле и серебре Роуз Холла.

– Ну так что, муж, – сказала Эмили, с наигранной скромностью опустив глаза. – Расскажи нам о женщине с зелеными глазами.

Он задумчиво глотнул пива, потом еще раз.

– О, – протянул он. – Она была ведьма и дурная женщина, но пиво варила хорошее.

Глаза Эмили широко раскрылись, и все засмеялись. Он посмотрел в ее глаза и увидел это ясно – отражение огня, крошечное и идеально скроенное, приглашающее его внутрь.

Глава 70

Эмили

Брианна проснулась утром с одеревеневшим затекшим телом и одной ясной мыслью в голове. Я знаю, кто я такая. Она не знала в точности, где она, но это не имело значения. Несмотря на необходимость подняться и опорожнить мочевой пузырь, она лежала неподвижно некоторое время, ощущая непривычное спокойствие.

Когда в последний раз она безмятежно просыпалась в полном одиночестве, в компании собственных мыслей? Она поняла, что этого не случалось с тех пор, как она прошла через камни в поисках своей семьи. И нашла их.

– Невероятно, – пробормотала она, осторожно потягиваясь. Издав короткий стон, она поднялась на ноги и прошаркала к ближайшему кустарнику, чтобы совершить утренний туалет и одеться, прежде чем возвращаться к черному кольцу костровища.

Она расплела свою перепачканную косу и начала осторожно расчесывать волосы пальцами. Поблизости не было никаких признаков Йена или Ролло, но это ее не беспокоило. Лес вокруг нее был наполнен птичьим щебетом – не предупредительными криками, обычным деловым чириканьем, сопровождающим полеты и поиск корма. Бодрая перекличка пернатых не изменилась после ее пробуждения. Птицы уже много часов наблюдали за ней, и ее присутствие их не тревожило.

Она всегда просыпалась с трудом, но тот простой факт, что ее пробуждение не было связано с настойчивыми требованиями тех, кто просыпался легко, сделал утренний воздух особенно сладким, несмотря даже на горький вкус пепла от прогоревшего костра.

Почти окончательно проснувшись, она протерла лицо полудюжиной тополиных листьев, мокрых от утренней росы; потом присела на корточки возле костровища и начала процесс добывания огня. Кофе у них с собой не было, но Йен, скорее всего, охотится. Если им повезет, то он добудет нечто, требующее приготовления, – они доели все, что было в походном мешке, кроме ломтя хлеба.

– Черт, – пробормотала она, в десятый раз чиркая кремнем и наблюдая, как поток искр затухает, не зажигая щепок. Если бы только Йен предупредил ее, что они останутся на ночь в лесу, она бы взяла с собой свое огниво или спички, хотя, если подумать, это было бы не очень безопасно. Они могли бы загореться прямо у нее в кармане.