Чужестранка. Книги 1-14

Помнишь, я рассказывал тебе, что провел год в замке Леох, когда мне исполнилось шестнадцать? Каллум и мой отец заключили договор, чтобы я познакомился с кланом матери. Я воспитывался два года у Дугала, а потом на год отправился в замок, чтобы научиться хорошим манерам, латыни и прочему.

— О! А я все думала — как ты туда попал?

— Ага, так оно и произошло. Для своего возраста я был большим. Ну, во всяком случае, высоким. Уже в то время отличным фехтовальщиком и наездником получше, чем большинство других.

— И скромным, — добавила я.

— Да не особенно. Чертовски самоуверенным и с языком длиннее, чем даже сейчас.

— Прямо дух замирает, — прыснула я.

— Представь себе, Сасснек. Я обнаружил, что могу своими замечаниями насмешить любого, и делал это очень часто, и не сильно задумывался, что я говорю и кому. Иногда я бывал жестоким безо всякого злого умысла, просто не мог удержаться, если мне казалось, что говорю что-то умное.

Джейми посмотрел на небо, чтобы определить время. Еще чернее, чем раньше, потому что луна скрылась. Я узнала Кассиопею, плывущую над холмами, и почему-то знакомое созвездие согрело мне душу.

— Ну, и однажды я зашел слишком далеко. Сказал не то, что нужно, не тому, кому следовало, и предстал перед судом Каллума на Совете. — Джейми хихикнул. — Расхрабрился ужасно и заявил, что, раз уж мне предстоит взбучка, я предпочту кулаки. Я, конечно, старался выглядеть ужасно спокойным и взрослым, хотя сердце стучало, как молот кузнеца. А уж когда я посмотрел на кулаки Ангуса, мне и вовсе стало плохо, потому что они походили на камни: такие же огромные. В зале раздались смешки. Я тогда был не таким высоким, как сейчас, и весил в два раза меньше. Малыш Ангус мог одним ударом оторвать мне голову. Ну, Каллум с Дугалом оба нахмурились, хотя мне показалось, что им понравилась моя храбрость. А потом Каллум говорит, мол, нет, раз я вел себя, как ребенок, то и накажут меня, как ребенка. Он кивнул, и прежде чем я успел шевельнуться, Ангус перекинул меня через колено, задрал килт и отходил меня ремнем перед всем Советом.

— О, Джейми!

— Ммг-мм. Ты заметила, что Ангус очень профессионально выполняет свою работу? Так вот в тот день я мог бы точно сказать тебе, куда попал каждый удар.

Джейми передернулся, протянул руку, сорвал с ближайшей сосны пучок иголок и развернул их между пальцами, как веер. Запах живицы сделался очень резким.

— Потом меня посадили на табурет рядом с Каллумом и приказали сидеть, пока Совет не кончится. — Он свел вперед плечи. — Это был самый ужасный час в моей жизни. Лицо горело, задница тоже, и я смотрел только себе под ноги, но хуже всего было то, что мне срочно нужно было помочиться. Я едва не умирал. Конечно, я бы скорее лопнул, чем после всего этого еще и обмочился перед всеми, а я был близок к этому.