Чужестранка. Книги 1-14

— Миссис Фрэзер, — его голос был тихим, почти беззвучным, хотя он улыбался мне, — так приятно снова увидеть дружеское лицо.

— И мне тоже. — Я улыбнулась ему, машинально отметив слабый пульс у горла и прозрачность кожи. Последние остатки жизни, еще не покинувшей хрупкое тело, сосредоточились в глазах — они были теплые и нежные.

Не имея лекарств, я ничего не могла сделать, но все же тщательно осмотрела его, после чего он устало откинулся на подушки, его губы слегка посинели от усталости. Скрывая свое беспокойство, я пообещала прийти на следующий день и принести лекарства, чтобы он мог лучше спать. Он едва замечал мои старания — все его внимание было обращено на Мэри; взволнованная, она сидела рядом с ним и держала его за руку. Я заметила, как она посмотрела на окно, за которым быстро угасал день, и поняла ее озабоченность — ей предстояло вернуться к тетке до наступления ночи."

"— Мне нужно идти, — сказала я Алексу со всей тактичностью, на какую была способна, — мне хотелось дать им возможность побыть вдвоем эти несколько драгоценных минут.

Он перевел взгляд с меня на Мэри, затем благодарно улыбнулся мне.

— Да благословит вас Бог, миссис Фрэзер, — сказал он.

— Увидимся завтра, — сказала я и ушла, от души надеясь, что так и будет.

В течение следующих нескольких дней я была очень занята. Все оружие наших людей было, конечно, конфисковано при аресте, и я изо всех сил старалась вернуть его, прибегая, при необходимости, к запугиванию и подкупу, к угрозам и улыбкам. Я заложила несколько брошей, что подарил мне Джаред при расставании, и купила людям из Лаллиброха еды, чтобы они питались не хуже, чем в армии, — впрочем, довольно скудно.

Я договорилась о том, чтобы меня пропускали в камеры, и лечила арестованных от различных заболеваний, спектр которых был очень широк — от цинги и недоедания до ангины, обморожения, артритов и различных болезней дыхательных путей.

Я обошла всех военачальников и лордов, которые еще оставались в Эдинбурге — их было немного — и которые могли быть полезны Джейми в случае, если его визит в Стирлинг окажется безуспешным. Я не надеялась, что это поможет, но считала нужным сделать все, что в моих силах.

И среди всех забот этих дней я выкраивала время, чтобы раз в день навестить Алекса Рэндолла. Мне с трудом удавалось заглядывать к нему по утрам, чтобы не занимать те часы, которые он мог провести с Мэри. Алекс спал мало, и даже этот сон был болезненным. Естественно, что по утрам он чувствовал усталость и раздражительность, говоритъ ему не хотелось, но он всегда приветливо улыбался мне. Я приносила ему питье — легкую смесь мяты и лаванды с несколькими каплями макового сиропа.