Чужестранка. Книги 1-14

Поэтому необходимо, чтобы эта новость дошла до лорда Джорджа Муррея как можно быстрее.

Голос Джека Рэндолла прервал мои размышления.

— Прощайте, мадам, — как всегда официально, произнес он, на его застывшем красивом лице не дрогнул ни один мускул, он поклонился мне и вышел.

— Спасибо, — сказала я Алексу Рэндоллу, ожидая, пока Джонатан спустится по узкой крутой лестнице, чтобы уйти самой. — Эти сведения мне очень пригодятся.

Он кивнул. Темные круги под его глазами свидетельствовали о еще одной бессонной ночи."

"— Пожалуйста, — просто сказал он, — может быть, вы оставите мне какое-нибудь лекарство? Думаю, некоторое время я вас не увижу.

Я замерла, пораженная его предположением — неужели мне придется самой отправляться в Стирлинг?

— Не знаю, — ответила я. — Но лекарство я вам оставлю.

Я медленно шла в свое жилище, мысли лихорадочно кружились в голове. Совершенно ясно, что я должна обо всем сообщить Джейми. И немедленно. Это я поручу Муртагу. Я знала, Джейми мне, конечно, поверит, если я напишу ему записку. Но сумеет ли он убедить лорда Джорджа, графа Перта или других армейских командующих?

Я не могла сказать им, откуда у меня эти сведения. А поверят ли армейские командиры ничем не подтвержденным словам женщины? Даже если молва приписывает этой женщине сверхъестественные возможности? Вдруг я вспомнила Мэйзри и вздрогнула. «Это проклятье», — сказала она. Да, это так, но что же тогда делать? Ведь мне не дано никакой силы. Хотя я могу промолчать, не сказать то, что мне известно. И это тоже сила. Но я не рискну ею воспользоваться.

К моему удивлению, дверь моей маленькой комнаты была открыта, оттуда слышались голоса, звон и лязг оружия. К этому времени у меня под кроватью образовался целый склад оружия, около очага лежала груда мечей и секир, на полу буквально не осталось места — только маленький квадрат, на котором Фергюс расстилал свое одеяло.

Я стояла на лестнице, пораженная представшей моим глазам картиной. Муртаг, стоя на кровати, наблюдал за раздачей оружия людям из Лаллиброха, до отказа заполнившим мою комнату.

— Мадам!

Я повернулась на крик и увидела у своего локтя Фергюса, с широкозубой ухмылкой на болезненном лице.

— Мадам! Разве не чудо? Милорд получил прощение своим людям — сегодня утром явился посыльный из Стирлинга с приказом освободить их и двигаться в Стирлинг в распоряжение милорда!

Я крепко обняла его и тоже улыбнулась:

— Это действительно чудесно, Фергюс.

Еще несколько человек заметили меня и стали поворачиваться, улыбаясь и дергая друг друга за рукава. Маленькую комнату заполнили возгласы радости и восхищения.