Невероятная очевидность чуда

– Я, честно говоря, тоже, – тяжко вздохнув, признался в свою очередь Орловский и, бросив быстрый, красноречивый взгляд на Еву, добавил: – Как-то очень много всяких событий произошло.

– Так, – отрезал замораживающим тоном подполковник, – перестали мне тут дурака включать и быстро объяснили, о чем идет речь.

Ну они и объяснили. Дополняя «сведения» друг друга и по ходу своего повествования выдвигая разные версии о том, что принесло Митрича на тот берег и обломало им рыбалку.

Хотя… Потом-то хорошо ведь у них получилось, и в свете этого как бы и бог бы с ней, с той рыбой, когда такие дела меж ними романтически закрутились. Но об этом они, понятное дело, подполковнику не доложили.

– Ну что ж вы так, Ева Валерьевна, – попенял девушке от души Данич.

– Да как-то так, Константин Алексеевич, – повинилась еще раз Ева, разведя руками.

А тот повернулся к Орловскому и пожурил заодно и Павла:

– Ну ладно Ева Валерьевна, она совсем недавно пережила тяжелую утрату и работала последнее время очень напряженно. Но вы, Павел Андреевич, с вашими-то неординарными способностями и навыками, как вы-то могли забыть доложить о таком важном обстоятельстве?

– Я, как и предыдущий оратор, – начал тихо посмеиваться Орловский, – «как-то так».

И, как Ева только что, покаянно развел руками в стороны, типа: «Ну извини».

– Ой-й-й… – выдохнул показательно-бессильно Данич и покрутил осуждающе-недовольно головой, – дорыбачились тут на пару, расслабились совсем, как я посмотрю.

– Да не, мы ж с пониманием, – пошутил Павел и привел весомый аргумент: – Ну и вспомнили же. И вполне вовремя. Сегодня на речке все равно уже ничего искать невозможно. А вот завтра прямо рано утром мы вас на то место отведем.

– Отведете, – подтвердил подполковник и, махнув рукой, распорядился: – Проводите меня, Ева Валерьевна.

– Вы рассказали Орловскому про Давида Арамовича и ваши семейные тайны? – спросил вполне доброжелательно Данич, когда они вышли из дома на веранду.

– Нет, пока не рассказала."

"– Но собирались, как я понимаю? – закончил подполковник мысль, которую Ева не озвучила, но которая логически подразумевалась из того тона, которым она ему ответила.

– Я пока раздумываю над этим решением, – честно призналась Ева. – И да, я помню, что прежде следовало бы посоветоваться с вами об этой возможности. Но…

– Но вы не любите вспоминать о том, что кто-то посторонний может регулировать и вмешиваться в ваши семейные дела и конкретно в вашу личную жизнь, – объяснил за нее Данич.

– Что-то мне подсказывает, Константин Алексеевич, что вряд ли найдутся люди, которым такое устройство их жизни может понравиться, – поворчала немного Ева.