Черный Отряд

Я спросил у Леденца:

– А тот человек в тени хромал?

– То был не Хромой. Слишком высок для него.

– Все равно. Нападение произошло с его благословения. Верно, Ильмо?

Ильмо кивнул.

– Душелов страшно разгневается, если догадается. Чтобы отважиться на такое нападение, нужно получить разрешение с самого верха.

Мне показалось, что Ворон вздохнул. Я посмотрел на него и увидел, что он едва заметно приподнял веки. Звук повторился. Я приблизил ухо к его губам.

– Зуад… – прошептал он.

Зуад. Печально знаменитый полковник Зуад. Враг, от которого Ворон отрекся. Особый злодей Хромого. Рыцарское поведение Ворона обернулось зловещими последствиями.

Я назвал это имя Ильмо, но тот вроде и не удивился. Возможно, Капитан поведал историю Ворона командирам взводов.

К нам вернулся Одноглазый.

– Наш друг Корни играет за другую команду. – Он злобно ухмыльнулся. Эту улыбку он долго отрабатывал, и теперь распугивал ею мальчишек и собак. – Подумал, ты захочешь принять эту новость во внимание.

– Еще бы. – Ильмо выглядел весьма довольным.

Я принялся за очередного раненого. Опять придется зашивать. Я уже стал беспокоиться, хватит ли нитей. Патрулю крепко досталось.

– Скоро будет готов твой супчик, Одноглазый?

– Я еще не успел раздобыть курицу.

– Так пошли кого-нибудь, пусть украдет, – проворчал Ильмо.

– Те, кого мы ищем, затаились в забегаловке на Унылой улице, – сказал Одноглазый. – Их охраняют несколько крутых приятелей.

– Что ты собираешься сделать, Ильмо? – спросил я, уверенный, что он обязательно что-нибудь предпримет. Назвав имя Зуада, Ворон связал нас обязательством. Он думал, что умирает, иначе не стал бы называть имени. Я достаточно хорошо я его знал, чтобы об этом догадаться.

– Надо чем-то порадовать полковника.

– Если ты ищешь неприятности, то ты их найдешь. Вспомни, кому он служит.

– Но еще хуже, Костоправ, позволить кому-либо нанести Отряду удар и уйти безнаказанным. Даже Хромому.

– В таком случае ты взваливаешь на свои плечи ответственность за политику весьма высокого уровня, разве не так? – Впрочем, я не мог с ним не согласиться. Поражение на поле боя допустимо, но тут совсем другое дело – это имперская политика. Всех следует предупредить, что если нас в нее втянут, то сами же пожалеют. Нужно преподать этот урок и Хромому, и Душелову.

– Как по-твоему, какие могут возникнуть последствия? – спросил я.

– Будут долго топать ногами и вопить. Но, полагаю, с нами мало что смогут сделать. Послушай, Костоправ, в любом случае это не твоя забота. Тебе платят, чтобы ты зашивал наших парней. – Он задумчиво посмотрел на Корни. – Думаю, чем меньше останется свидетелей, тем лучше. Хромой не станет поднимать шум, если не сумеет ничего доказать. Эй, Одноглазый! Поговори-ка еще со своим ручным мятежником.