Час бультерьера

Сегодня у нее выдался выходной, но пришлось завести мотор «Форда» ровно за час до того времени, когда должно очутиться на служебной автостоянке подле многоэтажной башни с эмблемой «Никоса» вместо крыши. Ровно в 6.00 утра женщина вставила ключ с пластмассовым брелоком в щель замка зажигания, а уже в 6.42 заглушила мотор. Сегодня обычная пунктуальность обошлась боком. Вереница автомашин должна отправиться к крематорию в 7.00, но, конечно, в действительности траурный забег начнется чуть позже, и, значит, как минимум полчаса придется скучать в машине. Можно, разумеется, выйти, подняться в офис и поскучать там, но неохота.

– Неудачно день начинается, – констатировала Зоя, откинулась на спинку сиденья и включила автомагнитолу, запустила CD-диск с записью последнего альбома «Пинк Флойд».

Откровенно говоря, Зоя вовсе не стремилась поучаствовать в символических проводах коллеги Степанцова в пресловутый «последний путь». Говоря строго, Федор Степанцов не являлся ее «коллегой». Пусть и числился Федя в штатном расписании концерна в той же должности, что и Зоя, – «телохранитель», но на деле выполнял всего лишь декоративные функции пугала. Будь ее воля, Зоя сейчас бы спала в мягкой постели, а не дремала в жестком кресле, однако Евгений Владимирович Пушкарев, возглавляющий службу безопасности «Никоса», велел участвовать в проводах всем подчиненным ему сотрудникам, свободным сегодня от несения службы, вот и пришлось Зое приехать, угробить утро ради траурных формальностей.

Зоин «коллега» Федор Степанцов помер исключительно глупо – переборщил со стероидами и загнулся в качалке под многопудовой штангой. Коэффициент интеллекта – IQ – усопшего Феди измерялся в сотых долях, а масса бицепсов с трицепсами тянула на центнеры. В прошлом году Федор Степанцов занял призовое место на чемпионате Москвы и области по бодибилдингу и на другой же день после церемонии награждения приперся в кабинет начальника Пушкарева с категорическим требованием повысить и без того нехилый оклад. Мол, я, призер, получаю меньше какой-то бабы! Доколе, дескать, будет продолжаться эта вопиющая несправедливость! «Какой-то бабой» Степанцов обозвал, разумеется, Зою, ибо других телохранителей женского пола в «Никосе» просто не было.

Мудрый Пушкарев не стал объяснять тупому амбалу, что должен иметь высокооплачиваемый телохранитель помимо выдающегося здоровья и чего он или она должен или должна уметь.