Бывший папа. Любовь не лечится

Отсутствие ребенка до сих пор воспринимает как временную разлуку, не в силах поверить в происшедшее. Я был убежден, что ограждаю жену от боли, занимаясь похоронами самостоятельно, но сделал только хуже. Надя так и не смогла смириться. И в этом полностью моя вина.

- Нет, там не она, - взмахивает волосами, отворачивается от меня.

- Я был на похоронах, Надь. Вместе с Викой, - записываю сестру в свидетели. Если мне не верит, то хотя бы ее должна послушать. - У меня на руках результаты экспертизы, в том числе и тест ДНК. Я показывал тебе все бумаги.

- Ложь. Тебя обманули, - твердит, как в бреду. Мне так жаль, что хочется выть. Я бы забрал ее боль, соединив со своей и взяв на себя двойную дозу, но не знаю, как это сделать. - Нас с тобой обманули, а ты даже не попробовал разобраться!

- Ты поэтому ушла? – сжимаю ее побитые колени. По-прежнему сижу у ног Надежды, готов всю жизнь так провести. - Потому что я тебе не верил?

Неопределенно качает головой, опускает ресницы, на миг закрывая глаза, а когда открывает их – на дне зрачков бушует ураган ненависти.

- Потому что ты не попытался мне поверить! Как и сейчас!

Жесткая фраза летит как пощечина. Бьет меня наотмашь вместе с хлестким порывом осеннего ветра, заставляет пошатнуться.

Я в ловушке! С одной стороны факты и здравый смысл, а с другой – вера моей любимой женщины. Однажды я сделал неправильный выбор и горько поплатился за это, поэтому сейчас… выбираю Надю.

- Хорошо, - четко произношу после паузы. – Пусть будет по-твоему. Прошло два года. Что ты хочешь, чтобы я сделал сейчас?

- Тест ДНК с Ангелиной, - выпаливает безапелляционно."

"Наверное, это лучший вариант. Тогда Надя точно убедится, что она не наша дочь, но…

- Это невозможно без разрешения законного представителя ребенка. Если Евгения Климовна или кто-то из родни позволит… Только как мы объясним им, зачем?

- Господи, ты ни капли не изменился, - шумно выдыхает, пока я поднимаю руку и костяшками пальцев провожу по ее щеке, стирая слезы. – Забудь про ДНК, - подозрительно быстро сдается. – Выясни все о семье Ангелины, как ты обещал. Хочу знать, кто ее родители. Кто посмел… - всхлипнув, осекается и закусывает губу. Однако я и так догадываюсь, что она имеет в виду. Обвинение красной нитью проходит через всю ее путаную речь.

Я не разделяю Надиного мнения, однако, стиснув зубы, соглашаюсь.

- Сделаю, - киваю незамедлительно, и теперь ее очередь подозревать меня.

Давно мы так легко не шли навстречу друг другу. Забыли, каково это – смотреть в одном направлении. Будем заново учиться.

- А еще… перепроверь те документы, которые тебе всучили два года назад, - тянет с мольбой. – Ты же можешь получить доступ к базе данных клиники. Узнай, кто еще рожал в тот день вместе со мной. И если…

- Понял, - вновь ввергаю ее в шок своим согласием.