След бури

Кирилл стиснул зубы и ударил бока жеребца пятками. Тот нетерпеливо всхрапнул, будто только этого и ждал. Вал оказался для него лёгкой преградой. Летели из-под копыт земля и снег. Те вельды, что охраняли вал, прянули в стороны от взметнувшегося на вершину коня и кубарем покатились вниз. Кирилл на ходу выхватил меч и обрушил его на голову ближайшего кочевника. Тот дёрнулся, рухнул под ноги жеребца. Остальные встали и бросились навстречу. Медленно, увязая в осыпавшихся стенах вала. Кирилл развернулся и рубанул ещё одного — с другой стороны. Глубоко рассёк его грудь от плеча. Ударил в ноздри запах крови и сырой земли.

В лагере всё бурлило и кишело, словно в огромной чаше. Невозможно было разглядеть, кто где. В пылу схватки противники становились похожи друг на друга.

Покончив с окружившими его вельдами, Кирилл устремился дальше.

Левый и Правый полки медленно смыкались, охватывая лагерь раскалённой подковой. Большой уже смешался с вельдами. Неподалёку Кирилл мельком увидел Асташа. Тысяцкий лишился коня. Но он крепко стоял на своих кривоватых ногах, ловко уходил от ударов и сам жалил мечом вельдов, поспевая, казалось, со всех сторон сразу.

Очередной вельд под ударом Кирилла отшатнулся и рухнул на спину, исходя кровавой пеной изо рта. Впереди другой замахнулся сулицей. Кирилл дёрнул повод, заставляя коня резко взять вправо. Копьё слабо шеркнуло по плечу.

Вельды наседали. Разрезали плотные ряды княжеского войска. Кирилл отбился от одного, отразил атаку другого. Но они то и дело выныривали из кишащей массы, мешая двигаться вперёд. Пахло дымом затоптанных кострищ. Веяло животной злобой, кровожадностью. И смертью. Поблизости заметался вельд, пытаясь сбить пламя, пожирающее его одежду. Мужик в немыслимом отчаянии несся неизвестно куда. Запинался, падал, но снова вскакивал вместо того, чтобы, валяясь по земле, сбить пламя. Воины, и свои, и чужие, рассыпались в стороны от живого факела, не желая разделить его судьбу. Вельд, уже охрипший от собственного крика, налетел на стену шатра. Рухнул, сминая его, и затих. Ткань занялась и вспыхнула. Пламя расползлось в стороны. Стало жарко.

Кирилл, отбиваясь от напирающих кочевников, с новой силой рванул вперёд. Но тут жеребец под ним истошно заржал. Попытался встать на дыбы, но только дёрнулся и захрипел. В его шее торчали сразу несколько стрел. Небо и земля медленно менялись местами: конь заваливался на бок. От падения перехватило дух. Кирилл прилично приложился плечом об утоптанный снег — благо не придавило.

Он отполз, чтобы не попасть под удар копытом бьющегося в агонии жеребца, и вскочил на ноги. Едва успел бросить взгляд на умирающего коня, как подоспел вельд. Шаг в сторону и разворот. Меч вспорол плотный тулуп, но до тела не достал. Противник качнулся вперёд.