Русские своих не бросают

Он много чего умеет – и вычислять, и служить пишущей – машинкой… Ваше величество, извините, я совсем забыл, что у вас пишущих машинок еще не изобрели, но представьте себе механизм, который может печатать документы не в типографии, а прямо на таком вот приборе. Многие еще играют на них в разные игры или занимаются другим подобным времяпровождением. Но кроме того на нем можно читать документы и книги, смотреть картинки и фильмы. Фильмы, ваше величество, это движущиеся картинки. Они или документальные, то есть в них отображается то, что было на самом деле, или художественные, то есть примерно как в театре, с актерами. Позвольте вам для начала показать фильм, про который мы вчера говорили – про то, как были уничтожены эскадры неприятеля у Бомарзунда и Мякилуото.

Николай, чье лицо выражало крайнее удивление, еще раз кивнул, и Домбровский, поводив каким-то овальным предметом, вдруг нажал на нем кнопку. Картинка действительно начала двигаться, и император услышал голоса – один мужской, самого Домбровского, и один женский. Они описывали то, что происходило на «компьютере». А сама картинка выглядела так, как будто зритель смотрел в окно на происходящие события.

Николай увидел и первый бой «Смольного» с «Валоросом», и Шеншина на «Смольном», и крепость Бомарзунд с воздуха, и обстреливающую остров эскадру, и взрывы кораблей неприятеля, и их капитуляцию, и сдачу экспедиционного корпуса. Потом были разговоры с героями событий и с неприятельскими военачальниками. Отдельно показали юнг, спасенных с английских кораблей. Далее последовало уничтожение «Турвилля», потом и других кораблей эскадры и капитуляция оставшихся. Далее шла встреча самого императора с Кольцовым и, наконец, пленение Кронштадтской и Ревельской эскадр.

– Ну, вот пока и все, ваше величество, – улыбнулся Николай. – Фильм был сделан самыми разными людьми: Юрием Ивановичем Черниковым, Марией Александровной Широкиной – ее голос вы слышали в фильме – и многими другими.

– А мне кажется, я слышал и ваш голос, – лукаво улыбнулся император.

Журналист от смущения слегка покраснел.

– Да, ваше величество, и я тоже в этом участвовал.

– Николай Максимович, – задумчиво произнес царь, – вы вчера говорили про нечто, что можно будет показать представителям других держав. Вы это имели в виду?

– Ваше величество, с вашего позволения, мы к завтрашнему дню подготовим укороченную версию того, что вы только что увидели, в которую войдут только батальные сцены, причем лишь такие, из которых они не смогут сделать достаточно точных выводов о наших возможностях. Но должное впечатление они наверняка произведут.

Николай согласно кивнул.

– Вы правы, Николай Максимович, так, наверное, будет лучше.