(без) Право на ошибку

— Не стесняйся, — он дурашливо подмигнул, но глаза оставались холодными. — Мне не сложно помочь симпатичной девушке.

Я стиснула зубы и промолчала. Ничего, Дима уже должен быть на месте и если все пройдет, как я задумала, заместителю генерального останется только смириться.

В сопровождении Горильского я вышла на крыльцо и с облегчением заметила знакомую фигуру.

— Димка! — заорала, наверное, слишком громко, потому как мужчина рядом, уже протянувший ко мне руку — видимо, для того чтобы спуститься с крыльца — вздрогнул. А я сбежала с нескольких ступенек и кинулась на шею другу. А потом и вовсе прижалась к его губам своими — чтоб уже совсем наглядно.

И запоздало подумала, что вот это, пожалуй, было лишним.

Потому что мой «сосед» прижал к себе довольно крепко и с удовольствием ответил на поцелуй.

Я отстранилась, чуть вывернулась из его рук, прощально махнула Горильскому, стараясь не всматриваться в того, чтобы не выдать себя, и потащила Диму прочь.

— Фух, — сказала за углом, — получилось. Спасибо тебе.

Он странно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

И мы поехали домой, испытывая жуткое чувство неловкости. Точнее, я его испытывала — и страх, что окончательно отвратила такого замечательного парня от себя. Как друга — но он был единственным моим другом.

Вот что мне не хватало? Мы давно жили вместе, я была уверена в его порядочности и в том, что он всегда будет осторожен и действовать так, чтобы не навредить мне. Я даже не боялась его ни капельки!

Почему же я не могла…

Не могла. Я понимала, что это будет слишком похоже на то, что делала моя мать, которая не могла быть одна — ей надо было, чтобы рядом был мужчина. Просто был — не важно, какой сволочью он является. Или насколько она к нему равнодушна.

Не стоило быть с кем-то только потому, чтобы быть с кем-то.

Дима сволочью не был, но и в качестве своего парня я его не рассматривала. Потому в присваивать его не стоило, а пора было копить на аренду квартиры. Мой испытательный срок был закончен и меня взяли на постоянную должность — а значит я могла рассчитывать на регулярную и довольно большую зарплату. И могла съехать уже, чтобы дать, наконец, человеку возможность побыть одному. Или найти кого-то.

Я порывалась поговорить обо всем этом с другом честно, но с того вечера его как подменили. Он избегал общения и приходил домой даже позже, чем я. Фактически, когда я уже лежала в постели.

Я все раздумывала, что же послужило тому причиной. И надеялась, что на выходных мы все же с ним увидимся.

Но поговорить в тот раз нам не удалось.

Потому что в пятницу меня вызвал Веринский и безапелляционным тоном, глядя на меня нечитаемым, тяжелым взглядом заявил, что он летит в командировку.

А Нина не может его сопровождать,

Поэтому я полечу вместо нее.