Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Захотелось неожиданно подбежать сзади и обхватить её руками, не дав опомниться. Идея была не из лучших, как и все, связанные с ней в последнее время.

Она тоже не сразу узнала его – побрит, умыт и прилично одет.

– Энцефарект! – она засмеялась. – А я ведь перерыла весь интернет. Вы были правы. Нет такого слова. Всё время вместо энцефаректа вылезал энцефалит. Это очень смешно.

– Да уж! Но они где-то рядом. А что вы делаете здесь?

– А вы? – Саше явно не нравилось его любопытство. – Гуляю!

«Точно! Пришла его супруга, и она вынуждена была уйти. Теперь слоняется, дожидается своей очереди», – опять со злостью подумал Александр.

– Вот и я гуляю! – он растерялся, не в силах продолжить разговор.

Надо предложить что-то кардинальное.

– Не хотите на чашку чая или кофе с пирожными? Здесь за углом милое, тихое кафе.

«Это лучше, чем сидеть в машине», – решила Александра и молча кивнула.

Он, такой изощрённый в общении с женщинами, вдруг почувствовал себя мальчишкой и глупо потерялся. Слишком много эмоций! Медленно ложкой давил лимон в стакане с горячим чаем и вдруг неожиданно спросил:

– Саш, вы счастливы?

Она удивлённо, не по-доброму взглянула на него, показалось, что ей хочется послать его куда подальше.

– У вас есть основания задавать мне подобные вопросы?

– Нет, просто вы мне небезразличны…

– Даже так! Вы же меня почти не знаете.

– Это вам так кажется. Я знаю о вас гораздо больше, чем вы предполагаете, – соврал Александр и даже не покраснел. – Господи! Давайте на «ты». Если не против, конечно.

– И что же ты знаешь?

Ему показалось, после её «ты» они стала немного ближе.

– Давно вы вместе? – он не ожидал, что решится продолжить этот разговор.

– Ты спрашиваешь о Максиме? Я правильно тебя поняла?

Он кивнул, хотя понятия не имел, как его зовут.

– Лет пять. Я брала у него интервью для журнала «Деловой Петербург», – ничего не предвещало, что она так быстро начнёт рассказывать о себе, ничуть не смущаясь. Может, накипело? – Отношения завязались стремительно. Мы оба потеряли голову. У него трое детей. Жена, которая даже не догадывается о моём существовании. Он никогда их не бросит. Мы часто видимся, но недолго. Это, наверное, первый раз, когда мы столько времени проводим вместе, хоть и при очень печальных обстоятельствах. Отсюда он сразу уедет в израильскую клинику. Жена будет его сопровождать. Осталась всего неделя. Ничего выдающегося в моей жизни больше не происходит. Семьи нет, детей тоже.

– И вы… прости… ты из-за него пожертвовала всем.

– Жертвовать мне особо было нечем. Я была замужем, но мужа, как оказалось, не любила.

Её голос отдавался в его голове каждой произнесённой буквой, интонацией. Он был то громкий и отчётливый, то тихий до шёпота.

– У тебя красивый голос…

– Спасибо, я знаю, – она улыбнулась.