Жена Берсерка

За ночь воздух выстыл — но за спиной мерно похрапывал новый хозяин, и от него шло ровное тепло. Как от печки. Меховое покрывало грело колени и плечо. Только нос, торчавший из складок, озяб.

Неждана, невидяще глядя в темноту, вздохнула. Между ног побаливало…

Об удовольствии, которое она испытала ночью, вспоминать было и сладко, и стыдно. Выходит, все-таки одолел он ее.

Но ведь ни разу не обняла этого чужанина, оправдалась перед собой Неждана. Правда, задыхалась. Охала, в стоны срываясь. И в руках его, как воск растопленный, таяла…

Она шевельнулась, приподняв голову, чтобы размять шею.

— Сейчас я тебя не трону, — пробурчал вдруг Свальд. — Поздно уже.

И убрал руку с ее живота. Легонько подтолкнул в спину.

— Вставай, одевайся. Отведу в рабский дом.

Неждана молча выскользнула из-под покрывала. Нашла в темноте свою одежду, быстро накинула рубаху, платье…

Свальд, встав с постели вслед за ней, протопал к двери — голышом, не одеваясь. Приоткрыл створку, потребовал:

И получил из рук одного из стражников, охранявших вход на хозяйскую половину, железную ладью с огоньком на конце. Закрыл дверь, поставил светильник на полку, повернулся к Неждане.

Та, не глядя на него, уже торопливо заплетала в косу волосы. Нечесаные, спутанные его руками…

— Что, даже посмотреть на меня не хочешь? — с насмешкой спросил Свальд.

И вдруг подошел — без одежды, бесстыдно голый, как был. Встал прямо перед ней.

Неждана вскинула взгляд. Подумала с тяжелым сердцем — красивый все-таки мужик. И лицо у него ладное, уверенное, и плечи широченные, и грива белесая по этим плечам разметалась — как седой мох по дереву…

— Упрямая. Другая бы с утра разбудила меня поцелуями…

— А я целуюсь коряво, ярл, — бросила Неждана. — Боюсь, тебе не понравится. Куда мне до других.

Он вдруг притянул ее к себе. Проговорил напевно:

— Девы нередко, коль их разгадаешь, коварство таят. Изведал я это, деву пытаясь к ласкам склонить…

И Неждана замерла. Вот же, как искушает, змей чужанский, мелькнуло у нее. Ей жалуется, да на нее же саму. И ведь какими сладкими словами. Чисто скальд, гусляр их нартвежский.

Но губы Свальда были все ближе, так что Неждана опомнилась. Объявила с притворным сочувствием:

— Вижу, от дев тебе не раз доставалось, ярл…

Свальд засмеялся — негромко, хрипло. Заявил торжествующе:

— Ну, им от меня — тоже.

И вот от этих слов Неждану по спине словно ледяной лапой погладили. Ведь скольких девок, небось, испортил — а теперь со смехом об этом вспоминает. А они-то, бедные, кому он жизнь загубил…

— Да ты храбрый воин, ярл, — четко и ясно уронила она, неожиданно для себя самой. — Даже девок не боишься. Мстишь им, когда сможешь…

Пальцы на ее плечах сжались так, что она от боли изогнулась, запрокинув голову.