Трудовые будни барышни-попаданки 5

Я была готова, если мы провалимся на сцене, провести сеанс саморазоблачения. Взмахнуть пачкой ассигнаций и пообещать пять тысяч рублей тому, кто угадает актера, играющего Фигаро. Может, зашикают, а может — оторопеют. Ведь принято артистам кидать на сцену кошельки, не наоборот.

Но лучше доиграть до конца. До финальных куплетов и занавеса. Нельзя ничего бросать на полпути. В особенности авантюры.

Кстати, дорогой от директора театра я узнала, почему спектакль идет на русском. Просто один из генералов-поляков, чуть не ставший маршалом при Наполеоне, заявил в узком кругу, что скорее Висла потечет из Кракова в обход Варшавы, чем в этом городе дадут спектакль на любом языке, кроме французского или польского. Великий князь об этом узнал и распорядился. Что очень хорошо характеризует Константина Палыча.

* * *"

"Актеров, как и прочую обслугу, запускали во дворец с черного хода. Гримерка была тесной. К тому же в нее периодически заглядывало наглое офицерство в надежде перемолвиться со знакомой актрисой и в еще большей надежде познакомиться с прелестной дебютанткой.

Я была в мужском наряде, приставать к Керубино считалось не комильфо, хотя я услышала пару игривых версий, что сегодня в роли пажа его ровесница-фрейлина и надо бы познакомиться после спектакля.

Зато на Сюзанну пожелала взглянуть едва ли не половина молодого гвардейского офицерства, допущенного во дворец. И я понимаю почему.

В современной России, впрочем как и в остальном мире, женщина-менеджер — явление уникальное и непривычное. Поэтому, когда я стала регулярно путешествовать с Анастасией-секретаршей, пришлось решать вопрос ее имиджа. И, не сговариваясь, мы пришли к выводу, что надежнее всего подобие странствующей гувернантки или классной дамы. Никаких привлекательных излишеств: строго, скромно, деловито. Скорее облик вдовы или вечной девы, а не замужней дамы. Впрочем, из-за разъездов и своего супруга Настя не видит месяцами.

Сейчас, в свадебном платье Сюзанны, с веточкой флердоранжа в волосах, Анастасия выглядела синим чулком не больше, чем Зефирка — таксой. Изящная, легкая кокетка. Даже я поглядывала с восхищением. А уж как остальные!

Эх, не поторопилась ли я с замужеством, когда подобрала для девочки идеальную партию — молодого, смирного и непьющего механика? Приодеть Настеньку, образовать и вывести на рынок невест более высокого уровня, да хоть дворянский. Впрочем, тогда ей не колесить со мной по империи.

Я отвлеклась от несвоевременных размышлений, поболтала с суфлером. Тайком от начальства дала ему хлебнуть моей лучшей настойки на зауральских травах, презентовала всю фляжку. Попросила, если я дам определенный знак, замолкать.

Времени для разговоров хватало. Спектакль начался с затяжкой — должно быть, ждали князя.