Екатерина Арагонская. Истинная королева

Вскоре он уже не начинал никакого дела, не посоветовавшись с ней и не узнав мнения ее отца.

Екатерина сама часто встречалась с Луисом Каросом и считала, его радует то влияние, каким она пользуется. Но однажды во время совместной прогулки по благоухавшему розами саду посол предупредил ее:

– Англичане на своих островах живут обособленно. Они не любят, когда чужестранцы вмешиваются в их дела. Советники короля боятся вашей власти над ним. Я слышал мнения, что Англией скоро будут управлять из Испании.

– Но я не делаю ничего, что противоречит интересам Англии, – запротестовала слегка задетая Екатерина.

– Разумеется, нет, – успокоил ее Карос. – Вашу милость очень любят здесь, это ясно, но если о вас начнут думать, что вы ставите интересы Испании выше английских, то вызовете не меньшую ненависть к себе.

– Я никогда этого не сделаю, – заверила посла Екатерина. – К тому же интересы двух стран сходятся: король Фердинанд и король Генрих жаждут видеть Францию поверженной."

"Она не сказала Каросу, что убедила Генриха вступить в тайное соглашение с Фердинандом с целью подорвать могущество короля Людовика в Италии, которое, как она сама была вынуждена признать, не сулило особой выгоды Генриху, зато давало солидные преимущества Фердинанду. Но как бы там ни было, Англии это не могло повредить. Не сообщила она послу и о распоряжении Фердинанда передавать ему все планы Генриха. Муж полагался на ее мнение, чтобы поступать правильно. Вернувшись к мужу и вместе с ним наблюдая, как лучшие юные рыцари Англии борются за почести, она не сомневалась, что с ее помощью интересы обоих королевств будут соблюдаться наилучшим образом.

Так прошло то прекрасное, золотое лето – бесконечный круг удовольствий, развлечений и приемов. Генрих упивался роскошью: содержал великолепный двор, который буквально сверкал драгоценными камнями, золотом и серебром. Сотни людей стекались сюда: обвешанные золотыми цепями дворяне, роскошно одетая, честолюбивая молодежь, придворные короля и королевы, раздувшиеся от сознания собственной важности личные советники, законники, церковники, послы разных земель. Большинство из них ничего не делали, кроме как искали продвижения по службе, стремясь воспользоваться преимуществами, которые открывала перед ними щедрость юного короля.

Генрих готовил планы строительства новых дворцов и обновления уже существующих. Он сам точно не знал, сколько их у него.

– Десятки! – говорил он. – И я все их сделаю подходящими для приема моей любимой королевы!

Запах опилок и свежей краски навсегда свяжется у Екатерины с ранними годами ее брака.

Испанский двор, по детским воспоминаниям Екатерины, представлялся ей очень строгим и чопорным.