Свинья в апельсинах

Сплошная нервотрепка!

И художник совершенно откровенно поник головой. Видимо, воспоминания о последней выпавшей на его долю неприятности вконец его доконали. Он поднялся с дивана, плеснул себе еще порцию коньяка и, вспомнив о правилах хорошего тона, предложил наконец и подругам чего-нибудь выпить. Сделал он это тоже своеобразно.

— Присоединяйтесь! — сделав пригласительный жест рукой, сказал он. — Наливайте себе сами что хотите! Я не в состоянии за вами еще и ухаживать.

— Кажется, я понимаю, почему он живет тут один со своей собакой, — шепнула Мариша на ухо Юльке. — Типа с таким невыносимым характером не выдержали бы ни одни соседи. Они бы его уже давно прибили.

— Так, а что насчет Вольфа? — спросила у художника Кэт. — Мы слышали, что к нему приезжали какие-то люди. И вы их видели.

— Да, — кивнул художник. — Но я уже все рассказал полиции.

— Расскажите теперь нам, — попросила его Кэт.

— А что рассказывать-то? — спросил художник. — Я вовсе не уверен, что это были именно убийцы. Просто это были единственные люди, которые приезжали к нему и которых я видел.

— Вот и расскажите нам о них, — попросила Кэт.

— Машина у них была какая-то темная, — со вздохом принялся вспоминать художник. — Из так называемых паркетников. В темноте марку было не разобрать. Номер тоже. Да я, честно говоря, и внимания не обратил на номер. Но на багажнике был какой-то рисунок. Он был нанесен красками, содержащими фосфор, и потому слегка светился в темноте. Я не разглядел, но это был какой-то красный зверь. Кажется, медведь. Но я не поручусь. Такая кустарщина не в моем вкусе.

Услышав про красного медведя, Юлька с Маришей вздрогнули, а Кэт осталась совершенно равнодушна.

— А люди? — спросила она у художника.

— Люди? — переспросил у нее порядком захмелевший художник. — А что люди? Люди — существа зачастую неприятные.

— Люди, которые приезжали к вашему соседу, — навела его на правильную мысль Кэт.

— Ах, эти люди, — пробормотал художник. — Не знаю, я их не особенно рассматривал. Просто отметил, что их несколько человек.

— Вы же художник! — возмутилась Кэт. — Вы должны быть особенно внимательны к деталям. Неужели вы не запомнили никого из машины?

— Одного запомнил, — кивнул художник. — Могу вам его изобразить. У него было такое атлетическое телосложение и грация дикого зверя, что я поневоле задержал на нем взгляд. А поскольку он стоял в свете фар, то и лицо его я успел рассмотреть.

— Так вы нам его нарисуете? — спросила Мариша.

— Да, — кивнул художник. — Вообще-то я уже сделал один набросок для полиции. Но они почему-то остались недовольны.

— Хм, — пробормотала Юля.

И пока художник ходил за углем и листом картона, Юля быстро набрала рабочий телефон Ганса. Тот оказался на работе и быстро подошел.