Свинья в апельсинах

Но Кора подобно многим особам женского пола совершенно потеряла голову при виде красавца Грея. И напрочь позабыла про свой обязанности сторожевой собаки и охранника. Она весело носилась с Греем по лужайке перед домом, не обращая внимания на окрики хозяина. Вместо нее на голос художника двинулись подруги. И обнаружили его сидящим перед холстом, на который он наносил крупные мазки. Судя по тому, как он то и дело поглядывал на открывающийся перед ним вид, он рисовал пейзаж.

Но подруги ни за что не догадались бы об этом. Манера у художника была своеобразная. Да и сам он тоже оказался неординарной личностью. Щупленький, с нечесаной бородой, перепачканной красками, он походил на плюгавого лешего или человека, который пил не просыхая несколько дней кряду. Подруги минут пять простояли у него за спиной, пока он тщетно призывал свою Кору. И лишь после того, как Мариша дотронулась до его плеча, он заметил женщин.

— Вы кто? — удивился художник, выронив из рук кисть.

— Мы к вам по делу, — ответила Мариша.

— У меня нет с вами никаких дел, — буркнул художник, невежливо отвернувшись от посетительниц к своему холсту.

— Это по поводу смерти вашего соседа.

— Все, что знал, я уже рассказал полиции, — так же нелюбезно ответил художник. — Так что уходите! Вы мешаете мне работать!

— Я думаю, что смерть человека все же будет поважней вашей мазни, — заявила Юлька.

Это явно было не самым удачным замечанием. Оно все же оторвало художника от его занятия, но вовсе не для того, чтобы поговорить с гостьями о смерти Вольфа. Художник, напрочь забыв про свой незаконченный шедевр, раздулся в размерах и круто повернулся к нахалке.

— Да как вы смеете так отзываться о моей работе? — возмутился он. — Мое творчество переживет современников! Кто вы вообще такие? Хотя вас я, кажется, знаю. — И он ткнул пальцем в Кэт. — Вы приезжали в гости к моему соседу, — сказал он. — Так? Я прав?

Но Кэт не успела ему ответить — его внимание привлек собачий лай.

— Кто это там? — недоуменно спросил он. — Вроде бы я слышу голос второй собаки.

— Да, — кивнула Мариша, — это наш Грей.

— Грей! — взвизгнул художник. — Кобель? Боже мой!

И он, позабыв про свой холст, вскочил со складного стульчика и кинулся бежать к дому. Подругам ничего не оставалось, как последовать за ним. Но спешили они напрасно. Когда они обогнули дом, их глазам предстала картина, которая заставила художника зажмуриться и застонать, а подруг прыснуть от смеха. Потому что Грей и Кора замерли в совершенно однозначной позе, при этом явно очень довольные друг другом. Но хозяин Коры пришел в отчаяние!

— Ах, мерзавец! — дернув себя за перепачканную краской прядь, завопил он и бросился к Грею.