Антология советского детектива-1

Он успел еще услышать за спиной обрывок разговора, который приобретал истинно арийскую конкретность:

— Где живешь, красотка?

— Буду свободна, скажу. Вы здесь всегда дежурите?

В вагоне лейтенант отыскал купе со свободным местом. Трое офицеров уже находились в нем. Они охотно выкладывали на откидной столик продукты, в центре которых красовалась бутылка.

Ситуация!

Лейтенанту нежелательно было принимать участие в этой пьянке. Назавтра необходимо быть максимально свежим, а он сильно устал. Поздоровался со всеми и спросил:

— Верхняя полка свободна?

— Неужели сразу спать? — удивились спутники.

— До самого Берлина! — И решил объяснить: — Меня провожали чуть ли не целые сутки. С таким же ассортиментом! — и указал на столик с бутылками и продуктами.

Офицеры засмеялись:

— Если с таким же, то ложитесь! Мы тоже до Берлина! И вот, чтобы убить время…

— Само собой!

Лейтенант пристроил чемодан, а небольшой саквояж уложил под голову на полке. Вспомнил совет подполковника Калины: «Если в дороге общение с посторонними вам будет докучать, раскройте «Майн кампф». Вокруг вас сразу же образуется «мертвая зона». В быту немцы чуждаются ортодоксальных фанатиков…»

И вот сверху, с блестящей обложки на сотрапезников, начавших пировать, грозно глянул насупленный фюрер. Голоса сразу притихли, а вскоре перешли на шепот…

В Берлин поезд прибыл ранним утром. С вокзала лейтенант вышел на Александерплац, подозвал такси.

— Куда, господин лейтенант? — спросил водитель.

— Туда, куда мне надо, еще рановато, — вздохнул новоприбывший, — Пока что покатайте меня по городу. Не гоните.

— И все же куда желаете в первую очередь?

— Прямо в центр — на Унтер ден Линден.

— Яволь!

Машина тронулась. Что–то насторожило лейтенанта в водителе. Но что именно?

И он* стал присматриваться к человеку за рулем.

Стар. Морщины, покрывавшие даже шею, правда еще тугую, заштриховали лицо. Весь какой–то серовато — линялый. Выражение лица — безразличное. И все–таки что–то было в нем такое, что привлекало настороженное внимание. И тут лейтенанта осенило: акцент!"

"Водитель не из немцев. Может, фольксдойче, которого война занесла в Берлин? Отпадает: фольксдойче ныне в цене, они пользуются большим спросом среди многочисленных ейнзацкоманд, очень нужны как переводчики на оккупационных «жизненных пространствах», а не за рулем обшарпанного берлинского такси.

— Кто вы родом? — спросил, проверяя свои наблюдения.

Водитель промолчал, явно не желая вступать в беседу. Но немецкому офицеру все же необходимо отвечать. Это закон. Иначе немедленно будет окликнут первый попавшийся патруль.

Старик за рулем сказал уклончиво:

— Моя национальность сейчас непопулярна в рейхе.

— Вы меня еще больше заинтриговали.