Антология советского детектива-1

Отвечайте!

Ответил, нехотя цедя слова сквозь вставные зубы:

— Русский.

— Русский? — искренне удивился лейтенант, — В Берлине, на свободе?

Водитель с едва скрытым презрением успокоил:

— Не волнуйтесь — не красный. От красных я бежал еще в восемнадцатом году, — Он искоса взглянул на пассажира и добавил: — С некоторыми промежуточными остановками драпал от самого Царицына до Берлина. Этот безостановочный бег длился всего лишь год…

— От Царицына? Не слышал о таком городе.

— Так раньше назывался Сталинград.

— О! Сталинград…

— Нас там хорошенько размолотили и потом уже дубасили до конца.

— Кого это «вас»?

— Белую гвардию…

И снова лейтенанту вспомнился фрагмент из многочисленных наставлений Константина Васильевича о Берлине:

«Среди таксистов города до войны было очень много русских из «бывших». Их и сейчас немало, далеко не все эмигранты изменили своей бывшей Родине и потянулись в «поход на Восток». Даже Деникин призывал не поддерживать немцев, извечных, по его словам, врагов русских. Он мотивировал это тем, что если Красная Армия разгромила отборную белую гвардию, то немцев разобьет и подавно. Русские, мол, немцев испо–кон били… Сейчас таксисты из русских начинают даже превышать: число машин уменьшается, немцев гонят на фронт, «унтерменши» служат «господам». Учтите: все они «просеяны» через сито тайной полиции. Ясное дело, не каждый согласился стать тайным агентом, но у всех взято письменное обязательство немедленно сообщать о подозрительных пассажирах и нелояльных разговорах».

Этот вроде бы на агента не похож. Ишь как ловко «завернул» о том, как драпал от Сталинграда до Берлина. Даже время определил — год. Больше не обещает. И не прицепишься к нему: рассказывал о своей судьбе. Его спросили — он ответил. И все! Но осторожность никогда не помешает. Лейтенант сказал поучительно:

— Вермахт свершит то, чего не могла добиться белая гвардия русских!

Между тем машина уже выехала на фешенебельную улицу Унтер ден Линден. Витрины зеркального стекла сияли. А за ними чего только не было! Роскошные торты, белые буханки хлеба, связки баранок, утки и куры в блестящем целлофане, кольца толстенных колбас, куски свежерозового мяса…

— Майн готт! — воскликнул лейтенант, глядя на эту воистину фантастическую роскошь. — Зачем я привез скромный фронтовой паек? Ведь радио ежедневно говорит, что у немцев всего досыта, что рейх всецело обеспечен!

— Вы давно не были в Берлине? — спросил водитель. После своего упоминания о Царицыне он, вопреки мрачному содержанию своих воспоминаний, заметно повеселел.

— С сентября сорок первого. А что?

— Все эти яства изготовлены из папье — маше, — иронично сообщил водитель и тут же начал восторженно расхваливать: — Работа уникальная, можно сказать — ювелирная.