Некоторые не попадут в ад

Чем-то неуловимым порядок на его боевом месте напоминал нашу молельню — где у Кубани тоже всё было разложено на удивление ладно и удобно.

— Ой, Захар, — обрадовался Кубань.

Он смотрел на меня любящими братскими глазами, подыскивая какие-то подходящие случаю слова.

— Товарищ командир, пройдите в блиндаж, — откуда-то появился местный взводный, потянул меня, — сейчас из миномёта накроют, и…

(Они себя всё время ведут так, словно прилетит только мне, а не им, — в очередной, может, в сотый уже раз отметил я, — им-то чего, им же ничего не будет; иногда эти черти в подобных ситуациях шли ещё дальше, и повышали меня в должности, зазывая: комбат, комбат, давай в укрытие! — я только посмеивался; а что мне, отчитывать их: «Я вам не комбат!» — смешно же: это ж почти детская лесть, игра.)

— Мы в наш блиндаж пойдём, в наш, — засуетился Кубань и потащил меня в другую сторону.

Я согласился на заботу — всё равно без дела тут толкаемся.

— Туда пойдём, к своим ребятам, — бубнил Кубань, шагая впереди и оглядываясь на меня. — Там хоть поговорить будет можно… Без этих всех.

Кубань намекал на младших командиров.

Когда мы расселись в блиндаже, стрельба вообще прекратилась: как и не было ничего.

Я даже не спросил, все ли целы, — и так было ясно, что если бы кого-то ещё задело или прибило, слух по окопам пробежал бы раньше вестового.

Тут же явились несколько бойцов, — я ж говорю: вести здесь распространяются с огромной скоростью, — мне в минуту соорудили чаёк, откуда-то извлекли конфетку; я снова вспомнил: «Злой, — говорю, — иди глянь, цел там наш носильщик? Может, он пакеты прихватил с собой всё-таки».

Бойцы окружили меня — и пошла обычная песня, как всегда на новых позициях: укрепить бы блиндажи, а леса нет, будет дождь — в окопах грязи намесим по пояс, поддоны бы заранее заготовить, б/к дали сегодня — по три магазина, а ночью вчера знаете что было, гранат — по две, броников у половины нет, с касками та же херня… Сигарет — и тех выдали по пачке на трёх человек!

«Как, сука? Ну вот как? Я два года тащу, тащу, тащу в батальон — куда всё это девается?»

Я кивал, кивал, кивал — на каждую просьбу.

Поискал глазами: есть хоть один младший командир среди собравшихся? — вроде не было; ткнул пальцем в первого же попавшегося: сделай список — причём поимённый, — у кого в данном взводе чего нет; отдашь взводному, он передаст мне, я всё закуплю, привезу и раздам лично.

Тут Кубань подсел рядом:

— Захар, бойцы говорят… может, тебе махнуться с Томичом — он на твоё место, а ты на его? Томич — отличный командир, отличный! Но, может, вы махнётесь?

Бойцы закивали головами.

— Так, лисица, — засмеялся я на Кубань, — отставить.

— Ну, товарищ майор… — перешёл Кубань в новый регистр, и несколько раз сморгнул.

— Отставить, я сказал.