А теперь держи меня

Я вскользь подумала, что у меня где-то кот бродит и нужно бы забрать его домой, а то мало ли, загрызут, но тогда я гуляла с друзьями и решила, что ничего не случится.

В итоге кота всё-таки растерзали. Я видела это. Как они гнались за ним, как вцепились зубами в плоть, как терзали. И пока я бежала на помощь, думала, что он ещё жив, что это неправда, что ничего страшного не случится.

И вот сейчас, заставляя ноги двигаться к Егору, я ощущаю себя точно так же. Вот только кот всё-таки умер, ещё до того, как я смогла спасти его. И мир вокруг меня рушится от одной лишь мысли, что я не успею добраться до Штормова.

— Егор! — ноги подводят, и я падаю рядом с парнем. — Егор! — хватаю его за щёки.

Он лежит на спине с закрытыми глазами, а из-за накатившей на меня паники, я не могу понять, дышит он или же нет.

— Егор, очнись, — шепчу я, и слёзы крупными каплями вырываются из глаз, не в силах больше оставаться во мне. — Пожалуйста. Не бросай меня…

Судорожно пытаюсь нащупать пульс, но тщетно. Руки ледяные, трясутся, и мне приходится сжать их в кулаки. Хватаюсь за одежду парня и чуть встряхиваю его. Не удерживаюсь и хлопаю его по щеке, чтобы хоть как-то заставить очнуться.

Он не мог умереть. Только не сейчас. Только не после того, как признался мне в любви и пообещал не бросать. Кто-нибудь, помогите мне. Хоть кто-то…

Я задыхаюсь, хватаю ртом воздух, сжимаю зубы, сдерживая скулёж. Я умираю.

А потом лёгкие наполняются кислородом и спасают меня, потому что Егор неожиданно стонет и с трудом открывает веки. Кашляет, морщится.

— Егор, — сильнее сжимаю его толстовку на груди, будто бы пытаясь разорвать. — Ты жив… Боже… Ты в порядке? — несвязно бормочу, даже не пытаясь стереть слёзы.

Шторм медлит, пытается приподняться на локте, но потом снова заваливается на пол. Морщится, закрывая глаза.

Шепчу, судорожно ощупывая его тело, прекрасно понимаю, что это бесполезно, но ничего не могу с собой поделать.

Егор медлит, а потом хрипло отвечает:

Невольно смотрю на его конечности, совершенно не зная, что делать. Не чувствует ног? Да главное, что он вообще жив, а остальное потом. Справимся как-нибудь, не приговор.

— Лежи, — зачем-то пытаюсь поцеловать его, но передумываю. — Лежи здесь, я приведу помощь.

С трудом поднимаюсь на ноги. Егор пытается остановить меня, но у него ничего не получается, и я решительно возвращаюсь обратно. Нужно найти кого-то из своих, сказать им, что со Штормовым беда. Срочно доставить его в больницу…

Добираюсь до конца, сворачиваю направо и уже собираюсь двинуться дальше в сторону, где несколько минут назад стихли выстрелы, но замираю. В соседнем проходе, отчаянно цепляясь за собственное существование, из последних сил пытается ползти Антон. Его голова в крови, ноги, наверное, сломаны, или ещё что, но выглядит он жалко и помято.